Глеб сознательно взвинчивал себя, приводя все новые аргументы в защиту друга. Оступился, поддался инстинкту, с кем не бывает. Что ж теперь, пусть семья разваливается? Жену Макс любил. Стремился оградить от всех неприятностей. По большому счету, его просьба вполне адекватна. А по сравнению с тем, чем товарищ пожертвовал, вообще незначительна. Глебу стало стыдно за свою бурную реакцию в ресторане. Смалодушничал на пустом месте. Накопилось за последнее время, вот и взорвался. Надо извиниться.

– Гляди у меня, – она посмотрела на бейджик с именем и добавила: – Боря.

Борю настолько ошарашила эксцентричная выходка, что, едва за дамочкой захлопнулась дверь, он побежал на кухню хлебнуть водички. Один урок из сегодняшнего вечера он для себя извлек: нужно постараться научиться читать по губам.

Прав Глеб, что вспылил по поводу плана Елизаветы. План и в самом деле идиотский. Во-первых, театральный и неоправданно сложный, во-вторых, не сработает. После «случайной» встречи с девицей Джек успел оценить некоторые особенности ее характера. Запугивать такую бесполезно. Принципиальности в ней больше, чем благоразумия. Образец редкостного упрямства. И ведь что самое интересное – она далеко не глупа. Наверняка бы добилась в жизни многого, если б не перла как танк, где надо и не надо.

К несчастью для госпожи N., единственный приемлемый вариант избавиться от ее плода – насильственно спровоцировать выкидыш. Задача трудная, но выполнимая. Причем гораздо более простая в реализации, чем «отрезанные пальцы» и прочая чернуха. Умеет Елизавета запудрить мозги своими садистскими фантазиями. Они с Максом всегда были два сапога пара. Приятель отдавал отчет своим наклонностям и отводил душу на стороне, склоняя любовниц к жесткому сексу, а вот Елизавета свою натуру старалась обуздывать. Но что-то плохо у нее получалось. Джек неоднократно вызывал ее на разговор, но она быстро пресекала попытки беседы в стиле «психотерапевт – пациент». В общем, он не очень-то и стремился. Работы по профилю и в клинике хватало.

Зазвонил внутренний телефон.

– Иван Сергеевич, пациент дожидается в приемной. Приглашать?

– Да, приглашайте.

День выдался непримечательный: ни одного интересного случая. Все пациенты как на подбор – серые, скучные, с одинаковыми проблемами. Такие дни Кравцов не любил. Поэтому вечером почти с облегчением покинул работу. Обычно он не торопился домой: там его никто не ждал, а проводить досуг в одиночестве занятие не самое веселое. Раньше он отправлялся или в спортивный клуб, или в бар, где пропускал пару-тройку бокалов бренди. Теперь оставался только первый вариант. Со спиртным он завязал больше года назад.

Проспект стоял в пробке, велись ремонтные работы. В последние дни, чтобы не торчать в трафике по три-четыре часа, Джек ездил по объездной дороге. Не нравилось ему это. Сразу накатывали воспоминания. Он нажал на педаль газа, чтобы поскорее миновать проклятый участок трассы. Тот самый участок, едва не поломавший ему жизнь и карьеру.

Память предательски ясно воспроизвела апрельский вечер прошлого года. Джек возвращался из бара навеселе. Управлять машиной в нетрезвом виде не боялся: водителем он был отменным, ни одной аварии за пятнадцать лет. А с сотрудниками ГИБДД всегда можно договориться. Впрочем, его почти никогда не останавливали…

Джек вырулил на объездную дорогу. Было поздно, машин мало. Можно нормально разогнаться. Прибавил скорость, наслаждаясь отзывчивостью автомобиля. Хорошую тачку взял.