| Повернувшись к кофейному столику, я вытянула руки, указывая. - Вот как я представляла прежде, чем предложить. Ты в своем офисе, сидишь, облокотившись на рабочий стол, и делаешь это как всегда чертовски сексуально. Пиджак на вешалке, или, может быть на ручке кресла, что предрасполагает к неофициальности Я повернулась к дивану. - Дианна в самом дальнем от тебя кресле, для полной картины. Ты медленно двигаешься, и говоришь парочку двусмысленностей о том, что вы будете заниматься с ней вместе делами. Она фантазирует и ставит свою подпись над пунктирной линией. Вот и все. Ты не приблизишься к ней ближе, чем на несколько метров, и даже не сядешь рядом. Стеклянная стена останется прозрачной, так что и она не сдвинется с места. - Ты вообразила себе все это за доли секунды? - Ну, - я стучала себя по виску. - У меня есть некие воспоминания, что зажигают огонь. - Воспоминания о соблазнении в моем офисе не включают посторонних, - сказал он сухо. - Слушай, Ас, - я села на журнальный столик. - Это была спонтанная мысль, которая пришла ко мне, потому что я беспокоюсь о тебе. Лицо Гидеона смягчилось. - Ангелы торопятся. Понимаю. - Правда? - наклонившись, я положила руки на его колени. - Я всегда буду испытывать собственичество, Гидеон. Ты мой. Я бы хотела поставить на тебе метку, чтобы все знали об этом. Он поднял левую руку, показывая обручальное кольцо. Я усмехнулась. - Знаешь, сколько женщин обратят внимание на это, когда вы будете со своей командой развлекаться в Рио? - Они будут обращать внимание, если я им укажу. - Если один из парней проговорится, что это мальчишник, то они просто станут усерднее стараться. - Это ни к чему их не приведет. Мой взгляд пробежался по нему. - Ты будешь неотразим в графитовых брюках и черной футболке с V-образным вырезом. - Ты помнишь ту ночь в клубе. Он, очевидно, тоже. Его член стал толще и длиннее, превратив штаны в неприличную палатку. Я чуть не застонала, когда его возбуждение вырвалось наружу: под мягким хлопком он был готов. - Я не мог перестать думать о тебе после того, как ты покинула мой офис, - пробормотал он. - Не мог выкинуть твой образ из головы. Тогда я позвонил тебе на работу, и ты дразнила меня, говоря, что собираешься домой поиграть с вибратором, в то время как мой член был тверд и готов для тебя. Я поежилась, вспоминая каждую деталь. В тот вечер в Нью-Йорке он был одет в свитер с V-образным вырезом, но, представив тропический климат Рио и потные тела ночного клуба, я сделала скидку. - Я представлял тебя в кровати, - продолжал он, поглаживая свою эрекцию через брюки. - Раздвинутые ноги. Спина изогнулась. Тело голое и блестящее от пота, когда ты вводишь толстый пластмассовый член в свое сливочное влагалище. Я наполовину обезумел от этой идеи. Никогда не испытывал подобную похоть. Я ощущал жар. Необходимость трахаться лихорадила меня. - Боже, Гидеон, - между ног болело. Грудь набухла, а нежные соски затвердели до боли. Он смотрел на меня прикрытыми глазами. - Я ушел раньше, чем назначил тебе встречу. Я собирался найти кого-то, кто не откажет мне. Я собирался отвезти ее в гостиницу, распластать ее и трахать до безумия, пока не кончу. Кто она будет - не имело значения. Безликая и безымянная. Я не собирался смотреть на нее, пока был внутри. Она была просто твоим дублером. Из меня вырвался низкий звук боли. Мысль, что он был с другой была мучительной. - Пару раз я был близок, - его голос был хриплым. - Выпивал, ожидая, когда они закончат флиртовать и подадут сигнал, что готовы уйти. В первый раз я пошел на попятную. Я считал, что она делает этого не ради меня. Во второй раз, я знал, что никто не сделает это ради меня. Никто кроме тебя. Я был в ярости. На тебя за отказ. На них, что были хуже тебя. На себя за свою слабость, что не мог тебя забыть. - Я чувствовала то же самое, - призналась я. |
