|
Я бы так никогда не поступил. Ты же знаешь. Ты же знаешь, что значишь для меня. – Гидеон, успокойся, – мой пульс начал замедляться. Он был в бешенстве. Запаниковал. Мое сердце разрывалось. Он был сильным, способным управлять всем, выживать и крушить все на своём пути. Я была его слабостью, в то время как сама хотела стать его силой. – Ты должна верить мне, Ева. Я бы никогда не сделал этого. Я бы никогда... – Я верю тебе. – …не изменил тебе. Что? Закрыв глаза, я прижалась головой к стене. Мой желудок начал успокаиваться. - Я верю тебе. Его тяжелый выдох послышался в телефоне.– Господи. Тишина. Я знала, сколько значит для него, моя безоговорочная вера. Во всем. В чем угодно. Как бы это ни трудно было принять, в моей вере он нуждался не меньше, чем в любви. По его мнению, моя вера и была любовью. Его объяснение было простым, можно даже сказать примитивным, но, зная его таким, какой он есть, я понимала - это единственное, что имело смысл. - Я люблю тебя, – его голос был мягким. Уставшим. – Я так сильно люблю тебя, Ева. Когда ты не ответила на звонок... – Я тоже тебя люблю. – Мне жаль, - он издал звук, полный боли и сожаления. - Мне жаль, что ты это видела. Отстой. Все это полный отстой. - Ты видел и похуже, – Гидеон видел, как я целуюсь с Бреттом Клайном прямо перед его носом. К тому же он видел, по крайней мере, одну запись моего с Бреттом секса. По сравнению с этим, фото - пустышка. – Ненавижу расстояние между нами. – Я тоже, – я хотела его объятий, которые бы меня успокоили. Более того, я хотела утешить его. Для того, чтобы ещё раз показать ему, что никуда не уйду от него, и у него нет никаких оснований опасаться. – Больше мы этого не делаем. – Нет, ведь ты женишься только дважды, оба раза на мне. Больше никаких холостяцких вечеринок для тебя. Он раздраженно усмехнулся. - Я не это имел в виду. – Я знаю. – Скажи Кленси, чтобы отвёз тебя домой. Мы сейчас собираемся в аэропорт. Я покачала головой, понимая, что он не видит меня. – Возьми завтра выходной. – Завтра...? Да, но ты же больна... – Нет, я в порядке. Я лечу к тебе. В Рио. – Что? Нет. Не хочу быть здесь. Мне нужно поехать домой и разобраться со всем этим дерьмом. – Это просочилось в сеть, дикую среду, Гидеон. Тут ничего не изменишь, - я встала с пола. - Ты можешь поохотиться на него, или на неё) и позже. Я не позволю разрушить наши воспоминания о выходных. – Это не... – Если им нужны твои фотографии из Бразилии, Ас, я на них тоже буду. Он все правильно понял. – Хорошо. Буду ждать тебя. * Ребухито смешивается из сухого белого хересного бренди мансанильи и лимонного газированного напитка. * национальный праздник Мексики. Отмечается 5 мая - Может быть, это фотошоп, - сказала Мегуми. - Или этот парень двойник, - предложила Шауна, наклонившись к Мегуми, чтобы посмотреть на планшет. - Тут толком не разглядеть ничего, Ева. - Нет, - я покачала головой. Это было то, что было. - Определенно Гидеон. Кэри, который сидел рядом со мной в лимузине, взял меня за руку и сплел наши пальцы. Мама сидела непосредственно позади водителя, разглядывая образцы ткани. Ее гладкие ноги скрещены. Одна нога стучала беспокойно. Мегуми и Шауна посмотрели на меня с жалостью. Их симпатии будоражили мою гордость. Я сделала ошибку, просмотрев сайты. Меня поразила жестокость людей. По мнению одних, я презренная женщина. Других - слишком глупая, чтобы понять, что выхожу замуж за человека, который даст мне только свое имя, а вот тело отдаст любой, кого пожелает. |
