| - Разве тебе не нравится паркетный пол цвета кофе? - спросила она. – Сошел бы и беленый дуб, но это настолько предсказуемо, не так ли? А зеленый, оранжевый и желтый цвета, преобладающие над обычным синим? Снова хочется побыть изгоями, когда вернемся в Аутер Бэнкс. Она понятия не имела, на сколько я хотел вернуться туда прямо сейчас. Там, по крайней мере, у меня было бы больше секунды наедине с собой, прежде чем пришлось бы иметь дело с полным домом совершенно новых родственников. Огромная гостиная перетекала прямо в открытую кухню, где Стентон, Мартин, Лейси, и Кэри собрались вокруг большого кухонного острова, за которым с легкостью могло бы усесться шесть человек. Все пространство разделяла своего рода воображаемая вода - раздвижные стеклянные панели, открывающиеся на широкую веранду. - Эй! - запротестовала Ева. – Оставь и мне печенья! Стентон усмехнулся и подошел к нам. Одетый в джинсы и рубашку поло, он выглядел как молодая версия того человека, которого я знал по нашим отношениям в Нью-Йорке. Он снял свое корпоративное чутье вместе с деловым костюмом, и сложилось впечатление, что передо мной незнакомец. - Ева, - Стентон поцеловал в щеку Еву, потом повернулся ко мне. - Гидеон.Привыкнув к тому, что ко мне обращаются по фамилии, я не приготовился к последовавшим объятиям. - Поздравляю, - сказал он, похлопав меня по спине, прежде чем отпустить. Раздражение закипало словно на медленном огне. Куда делась естественная эволюция? Где постепенный переход от бизнес-коллеги к дружелюбным знакомым? А затем уже к другу семьи? Я вдруг подумал о Викторе. Он сразу понял, что означает мой брак, в отличие от меня. В то время как я стоял неподвижно, Стентон улыбнулся моей жене.-Думаю, твоя мать спрятала печенье в духовке. - Да! - она бросилась на кухню, оставив меня наедине с ее отчимом. Моим тестем. Мой взгляд последовал за ней. При этом, я заметил, что Мартин Стентон машет мне, и поздоровался кивком. Если он попытается обнять меня, то получит кулаком в лицо. Однажды я сказал ему, что он может рассчитывать на мое присутствие в его семейных встречах. Но теперь все было крайне сюрреалистическим, потому что происходило на самом деле. Словно меня одурачили. Зазвучал хрипловатый смех Евы и обратил мое внимание. Она показывала свою левую руку блондинке, стоящей с Мартином, демонстрируя подаренное мной кольцо, когда я сделал ее моей женой. Моника присоединилась к нам со Стентоном, проскользнув на место рядом со своим мужем. Ее юношеская красота старила его, обращая внимание на седые волос и нечеткие скулы. Было, однако, очевидно, что Стентон не заботился о десятке лет, разделяющих их с женой. Он светился, глядя на нее, бледные голубые глаза смягчались любовью. Я хотел сказать что-то уместное. В конце концов, вышло только: - У вас красивый дом. - Он не был таким красивым, пока к нему не приложила свою руку Моника, - Стентон обнял ее тонкую талию. - То же самое можно сказать и обо мне. - Ричард, - Моника покачала головой. – Давай я тебе покажу здесь все, Гидеон? - Может, сначала дадим человеку выпить? - предложил Стентон, глядя на меня. – Он только что из машины вылез. - Вина? - предложила она. - Или лучше скотч? - спросил Стентон. - Скотч был бы не плох, - ответил я, огорченный, что мое беспокойство было очевидным. Я был лишен элемента, которым одарила меня Ева в момент нашей встречи. Она была своего рода якорем, удерживая меня даже тогда, когда сама меня же и выводила. Пока она была рядом, я мог выдержать любой шторм. Ну, я так думал. Повернувшись, я посмотрел на свою жену, и почувствовал прилив облегчения, увидев, что она в припрыжку шагала ко мне, от чего ее конский хвост раскачивался из стороны в сторону. - Попробуй, - приказала она, поднимая печенье к моим губам. Я открыл рот, но намеренно сомкнул зубы на долю секунды раньше, чтобы укусить ее пальцы. |
