| Еще я стер запись, где вы с Евой. Я проверил, запрашивал ли он копию у охраны, чего не обнаружилось, так что все должно быть хорошо, если он подаст свою собственную жалобу. Таков был Ангус - все предусматривал. - Полиция не найдет ничего интересного? - я откинулся на спинку стула. - Лукасам есть что терять, как и мне. - Они виновны, парень. А ты - нет. - Не все так просто. - У тебя есть все, что ты заслуживаешь и чего желаешь. Они не смогут отнять это у тебя. За исключением моего самоуважения и уважения моих друзей и коллег. Я слишком долго трудился, чтобы восстановить честное имя после позора отца. Те, кто хочет указать на мои слабости, будут удовлетворены. Но меня это заботило меньше, чем прежде. Ангус был прав. У меня было мое состояние. У меня была Ева. Если обеспечение ее спокойствия означало отступление от общественного внимания, я был готов. Я это принял во внимание еще в ту пору, когда Натан Баркер представлял угрозу. Тогда Ева была готова скрывать наши отношения от мира, чтобы избавить меня от любого возможного скандала, вытекающего из ее прошлого. В то время это была жертва, на которую я не был готов. Прятаться. Наслаждаться моментами наедине. Притворяться перед другими, что мы не безумно влюблены. Сейчас все было иначе. Она стала нужна, мне словно воздух. Защита ее счастья - самое важное, что может быть. Я знал, каково это - быть осужденным за чужие грехи, и ни за что бы ни заставил пройти через это свою жену. Вопреки ее мнению, я смог бы прожить без контроля над всем, что связано с Кросс Индастрис.Я бы, конечно, не стал проводить свои дни в чертовой набедренной повязке, играя Тарзана, но между двумя этими крайностями была золотая середина. - Ты предупреждал об Энн, - я покачал головой. - Мне стоило прислушаться. Он пожал плечами. - Что сделано, то сделано. Энн Лукас взрослая женщина. Она уже вполне способна нести ответственность за свои решения. Что ты делаешь, парень? - спросил он, когда Энн скользнула на заднее сиденье Бентли в самую первую ночь. В последующие недели, он выказывал свое неодобрение все более и более ясно, пока в один прекрасный день, он не поднял на меня голос. Недовольный собой, что наказывал женщину, которая ничего мне не сделала, я накричал на него, сказал, чтобы тот помнил свое место. Меня до самой смерти будет преследовать его взгляд, полный боли. - Прости, - сказал я, смотря ему в глаза. – За то, как я тогда отреагировал. Небольшая улыбка появилась на его лице. - Извинения не нужны, но я их принимаю. - Спасибо. Скотт обратился ко мне через динамик. - Команда PosIT здесь. Также на линии Арнольдо Риччи. Он сказал, что это не займет много времени. Я посмотрел на Ангуса, есть ли у него для меня еще что-нибудь. Он привычным движением руки коснулся лба и вышел. Скотту я сказал: - Соедини с ним. Я подождал, пока загорится красный сигнал, а затем поставил на громкую связь. - Где ты сейчас? - И тебе привет, мой друг, - приветствовал Арнольдо, голос с явным итальянским акцентом. |
