— Через пятнадцать минут... — повторила она, пытаясь стряхнуть с себя наваждение.

Гвидо сделал шаг вперед и резко захлопнул за собой дверь. В каюте возникло пульсирующее напряжение, словно перед грозой. Под взглядом мужа каждый вдох давался Корделии с трудом. Сердце ее билось как безумное, а болезненное ощущение мгновенно набухших сосков, царапающих ткань платья, приводило в отчаяние. Она отвела взгляд и потупилась.

— Впрочем, теперь мне не до еды, — пробормотал Гвидо.

— Ты что-то сказал? — переспросила она дрогнувшим голосом.

Он молча откинул полу пиджака и продемонстрировал ей то, что не могли скрыть даже брюки самого отличного покроя. Увидев, что молния вот-вот расстегнется, не выдержав напора его возбужденной плоти, Корделия залилась краской. Но не отвращение было тому причиной, а бурный отклик ее тела.

— Господи... Ты похожа на античную богиню! — В голосе Гвидо на этот раз не было привычной насмешки.

О ком он говорит? Корделия обернулась, увидела в высоком зеркале туалетного столика свое отражение и... не узнала себя. Ее темно-рыжие волосы пышными волнами спускались до талии, полные плечи были обнажены, открывая взору глубокую ложбинку между грудей, которые она прикрывала, удерживая руками сползавшее под собственной тяжестью платье...

— Посмотри на меня... — глухо потребовал Гвидо. Странно, но Корделии почему-то захотелось подчиниться этому голосу, отзвук которого, казалось, вибрировал в ее теле. Она подняла взгляд и прочла в глазах мужа откровенное желание.

— Иди, я скоро буду готова, — с трудом произнесла она.

— Неужели ты всерьез полагаешь, что в таком состоянии я смогу сидеть за ужином? — Плавным движением он освободился от пиджака, развязал галстук и начал расстегивать пуговицы рубашки. — Даже ты не можешь быть до такой степени жестокой...

— Я? Жестокой? — изумилась Корделия, застыв под его гипнотическим взглядом, словно кролик перед удавом.

— Ах, ты не понимаешь, о чем я говорю? — с усмешкой спросил Гвидо. — Тогда давай кое-что проясним. Десять лет назад, когда ты разыгрывала из себя Мисс Скромницу, размахивая своей невинностью, я умирал от желания, но ничего не мог себе позволить! Тебе это доставляло удовольствие, не так ли?

— У-удовольствие? — Девушка недоуменно смотрела на него.

Неужели красавец Гвидо находил меня сексуально привлекательной?! — удивилась она.

— Ты постоянно держала меня на взводе, — продолжал он. — После встреч с тобой я не мог заснуть, представляй, чем мы займемся, когда поженимся, и сам стыдился этих безудержных фантазий! — мрачно признался Гвидо. — Мне было трудно обходиться без секса... особенно когда рядом была ты, словно запретный плод.

Корделия тихо ахнула.

— Нет, — прошептала она, — нт, ты не мог испытывать таких чувств ко мне...

— Однако больше я не намерен ждать, — решительно заявил Гвидо и, подойдя сзади, сомкнул руки на ее талии. — Тем более что и ты меня хочешь, крошка.

— Нет! — вырвалось у нее.

Склонив темноволосую голову, он прижался губами к обнаженному плечу, и крупная дрожь пробежала по ее телу.

— К чему лгать? Ведь я все вижу, — шепнул он.