- Хорошо, не хочешь говорить об этом, ладно. Твое дело. Но я думал, что мы поговорим обо всем.

- Сейчас я не в настроении разговаривать, - сказала она. Так оно и было. Что она могла сказать? Я только что отсосала наркодилеру за кокаин? Проглотила его сперму? Нет...

- Как ваш разговор с боссом? - спросила она вместо этого.

- Очень информативно. Но тема конфиденциальная, так что не спрашивай.

Джеррика поникла. Она чувствовала себя, словно кусок веревки, который разматывали нить за нитью. Одна ее часть думала лишь о том, как сильно ей хочется вернуться и удовлетворить потребность. Другая ее часть могла лишь признать, что отец Александер сам был лекарством. И все же первая часть напоминала ей, насколько все бесполезно.

Если не одно, так, что-то другое...

Она готова была уронить лицо в ладони и расплакаться. Я люблю вас! Разве не видите?

Но что это изменит? Он же - священник.

В Люнтвилль они возвращались молча. О себе давали знать лишь едкий привкус спермы во рту и ощущение пластикового пакетика в набедренном кармане.

4

Толстолоб чувствовал это нутром. Теперь он знал, что что-то не так. С тех пор, как он покинул Нижний Лес, тот Голос взывал к нему каждую ночь. Он вел его куда-то, не так ли?

Толстолоб остановился на краю леса.

Он не мог ничего с собой поделать. Он выхватил член, думая о всех тех красивых «телках», которых трахал в свое время. О влажных горячих дырочках, в которые он совал свой причиндал. Жаль, что у него никогда не получалось правильно кончить в них. Они все были слишком маленькими! Но он все равно думал об этом, надрачивая себе член, и выпустил обильный заряд «молофьи» в заросли кустарника. Было приятно. Очень приятно!

Но затем он вновь вернулся к размышлениям. Это место...

Он знал его!

Это было то самое место, куда вел его Голос, не так ли? Место, где людей предают земле. Каменные плиты торчали из травы. Он знал, что это такое, потому что Дедуля рассказывал ему.

Это место называлось «кладбище».

ЧАСТЬ ПЯТНАДЦАТАЯ

1

- Тебе уже лучше, Тетушка Энни?

- О, да, дорогая, теперь, после сна, гораздо лучше. - Она выглядела отдохнувшей и бодрой, когда нарезала зеленый лук на большом разделочном столе. - Господи, целый день проспала! Не успею вовремя приготовить ужин!

- Не беспокойся, - сказала Чэрити. - Отец Александер и Джеррика еще даже не вернулись из Ричмонда.

- Просто у меня есть огромное желание впечатлить святого отца настоящей местной стряпней. Свекольные яйца, кукурузная запеканка и мои знаменитые пироги с белкой - как тебе такое?

Пироги. С белкой. В Чэрити сперва проснулся инстинкт зоозащитницы, но потом она вспомнила, как ей нравилось в детстве есть бельчатину. Лишь бы мне не пришлось смотреть, как она обдирает и потрошит зверька, - подумала она.

- Звучит замечательно, Тетушка Энни. Я могу тебе чем-нибудь помочь?

- Нет, нет, дорогая. Предоставь готовку мне.

«Пироги» являлись неотъемлемой частью местной кухни, и чем-то напоминали буррито. Мясо и овощи заворачивались в тесто, а затем запекались. Чэрити помнила, какая это была вкуснятина, как и тетушкина кукурузная запеканка. «Свекольные яйца» - это были просто сваренные вкрутую и маринованные в свекольном соке куриные яйца. Тоже очень вкусно. При мысли об этих блюдах у Чэрити разыгрался аппетит.

- Чем сегодня занималась? - спросила Энни.

- Я... я ходила на кладбище.

В кухне на мгновение повисла тишина.

- Что ж, думаю, это правильно, что ты посмотрела место упокоения свой мамы.

- Да, - смущенно ответила Чэрити. - У меня сразу возникло множество вопросов.