И однажды Укротитель, совсем потеряв голову, признался ей в этом. Девушка охнула от радости, скрепив столь желанные откровения бесстрашного наездника горячим поцелуем.

— О, — возбужденно зашептала Лизи, — значит, вы мой… Вы принадлежите только мне… и навсегда!.. Любимый! Еще немного времени, и наша любовь станет наконец-то открытой! О, какое это будет блаженство!

Столь бурная реакция хозяйки дома и мысль о скорых последствиях их отношений будто отрезвили нашего героя.

Как же случилось, что он, сам того не желая и не вполне осознавая, чем все может обернуться, связал себя с Лизи Джонатан… почти помолвлен с ней. Том явственно ощутил, что он прикован золотой цепью… Черт побери, да-да, именно цепью.

Том проклинал себя за нестойкость и неверность. Из головы не выходил нежный образ Джейн Диксон. Он же поклялся ей!

Запутавшись окончательно, молодой человек не знал что и делать. Оставалось только, продолжая притворяться не вполне здоровым, все хорошенько обдумать.

А события, подгоняемые неутоленной страстью Лизи, развивались с головокружительной быстротой.

— Друг мой, — с загадочным видом обратилась мисс Джонатан к Тому. — Я приготовила сюрприз! Вы будете в восторге!

И ликующая, влюбленная, чтобы не раскрыть прежде времени свой секрет, выбежала из комнаты.

Оставшись один, Укротитель вспомнил Силквайера и его наказ:

«Никому и ничему не доверяйте. Мисс Лизи особенно. Она опасна, поскольку не скрывает своих намерений».

Молодой человек на всякий случай облачился в свой костюм ковбоя, который висел в туалетной комнате, прилегающей к его спальне: красную шерстяную рубашку, голубые суконные штаны, кожаные сапоги со шпорами. Затянул на поясе широкий ремень, повесил два револьвера, отбросив ногой халат, в котором провел столько времени.

Звеня шпорами, Том быстрым шагом прохаживался по комнате. Время тянулось медленно. Давно наступила ночь. Но роскошный ярко освещенный дом был наполнен каким-то шумом, шарканьем ног.

О нем все будто забыли.

«Вероятно, что-то замышляют, — подумал ковбой. — Сюрприз мисс Лизи!.. Посмотрим, что за сюрприз!»

Он потянулся несколько раз, присел, расправил грудь, сделал десяток энергичных упражнений для рук. И сказал удовлетворенно:

— Они думают, что я по-прежнему лежу в постели. Но ведь это не так, черт побери! Я в отличной форме!

Скрипнула дверь, на пороге появился лакей:

— Прошу джентльмена следовать за мной.

Водрузив на голову широкополую серую фетровую шляпу, Том ответил:

— Ну что ж, пойдем!

Они прошли по длинному коридору и остановились перед огромной двустворчатой дверью, тотчас перед ними распахнувшейся.

Молодой человек просто замер от удивления перед тем, что увидел.

Это и был сюрприз мисс Лизи.

Он оказался в большом ярко освещенном зале, оформленном как церковное помещение. Повсюду были цветы и какие-то декоративные растения в горшках, а также дюжина кресел, где сидели джентльмены в сюртуках с серьезными лицами.

Посреди комнаты виднелись две рядом стоящие скамейки для молитвы, справа от них — мистер Джонатан, слева — высокий, худощавый, тщательно выбритый, с красным, кирпичного цвета лицом человек, облаченный в костюм священника.

Том инстинктивно сделал шаг назад. Но дверь за ним уже захлопнулась.

Мистер Джонатан бросился ему навстречу, энергично пожал руку и воскликнул:

— Приветствую вас, дорогой Том… Кто бы мог знать, что вы станете моим зятем?

Эти слова резанули слух молодого человека как выстрел из ружья.

Мистер Джонатан задышал ему в лицо ужасным винным перегаром и громко расхохотался, когда вконец растерявшийся Том невразумительно залепетал:

— Вашим зятем? Вы хотите сказать… что я женюсь?

— Да, да… Вы неплохо притворяетесь… ловкий обольститель! Я сейчас же пойду за невестой… моей дорогой Лизи… Мистер Оуэн, наш пастор, наденет на ваши пальчики обручальные кольца.