Такое впечатление, что оба полководца задались целью заново изобрести сложившиеся веками правила войны.
- Что вы предприняли?
- Я предлагаю нанести упреждающий удар. Я подготовил три штурмовые группы. Во всех трех по сто опытных магов. Подходящие части Федора вынуждены будут ввязываться в бой, не успевши развернуться в боевые порядки. Мы обратим их преимущество в их же недостаток.
- Не думаю, что ваш план хорош, - внезапно раздался до боли знакомый Эссену голос и все присутствующие обернулись. Откинув входной полог, в шатре стоял Ганс собственной персоной. Король смотрел на своих офицеров с иронией.
- Ваше Величество, - первым пришел в себя генерал, - какой сюрприз. Как вы добрались? А мы здесь…
- Я все слышал, - заметил Ганс, - и думаю, что вы не правы. Во-первых, у вас нет данных, на каком направлении Федор будет концентрировать войска для главного удара. Он может просто бросить свои передовые группы на произвол судьбы, заставив наши штурмовые отряды думать, что они изматывают противника и выполняют гениальную стратегическую задумку фон Зюдова…Такое расточительство по отношению к бойцам вполне в характере русинов. Во-вторых, Федор не будет нападать, пока не создаст достаточный запас боеприпасов. Он хочет устроить свою любимую "огненную стену", думая что напугает меня. Что ж, это получалось в его войнах с мелкими русскими княжествами, но сейчас его будет ждать разочарование. Ты прав насчет того, что надо атаковать первыми. Только мы сделаем проще. Пока этот русский медведь возиться со своими метателями, мы нападем на Дорогобуж!
- Что? - Эссен уставился на своего повелителя. - Но как? Драконов у нас нет, солдаты…Сир, они могут ударить нам во фланг! Черт возьми, стремительный удар из засады может отсечь наши передовые части от обозов! Или вы предлагаете выдвинуть телеги с боеприпасами к новому оружию в авангард войска? И кроме того, ваше величество, это уже не приграничный конфликт, это война!
- Эссен, не будем играть словами. И я и Федор бросили к границе войска одновременно с переговорами о союзническом договоре. Значит, мы с Федором - птицы одного полета. И нас рассудит бой, а не досужие зеваки с их болтовней о морали и нравственности. Слушай мой приказ, - Ганс повернулся к фон Зюдову. - поднимай лагерь. Разбивай войско на три равные части. На рассвете мы атакуем Дорогобуж. Насколько я понимаю, в этом направлении у русинов войск почти нет, так ведь?
- Да, - кивнул тот, - разрозненные воинские части да городской гарнизон.
- Что ж, тогда не будем терять ни минуты. Сейчас все решает время! Выполняйте! Завтра на рассвете мы должны атаковать…
Когда разгорался рассвет, три длинные колонны разделившегося войска Ганса фон дер Хонника двинулись в путь. Над стремительно продвигавшимися армиями парил личный дракон короля Фатерлянда. Рядом с ним сидел Эссен. Советник жадно следил за тем, как отряды пересекают границу, открывая новую страницу в истории Лангевельта. Пока все шло как по маслу.
Эссену даже казалось, что слишком легко. И его опасения оправдались. Внезапно предрассветные сумерки расцвели от ярких вспышек, за которыми последовали грохочущие раскаты грома. Ночную тишину со свистом прорезали несколько огненных ядер, взмывших в воздух с опушки лесов на русинской границе.
Прошло несколько мгновений, и место, где был расположен лагерь, покинутый фатерляндскими солдатами, озарилось вспышками взрывов. Эссен покачал головой. Точные стрелки у русинского советника. За один залп ядра метателей смешали с землей почти половину опустевших палаток лагеря. Некогда ровная площадка превратилась в грязное месиво.
Эссен, наблюдавший за всем этим со спины дракона, посмотрел на Ганса. У того на лице была торжествующая улыбка. У Эссена по спине пробежали мурашки. Откуда у Ганса такое животное чувство опасности и дар боевого предвидения? И почему он так несправедливо был дарован этому вырождающемуся и развратному потомку древнего герцогского рода, а не ему, Эссену? Ганс тем временем продолжал радостно бесноваться. |