В это мгновение ледяного изумления служащая еще раз поклонилась сидящим за столом и удалилась бесшумно.

– Это вы Джет Ри вен-Деелин? – в упор спросил мужчина.

«Не слишком доброжелательно», – подумал Джетри и поклонился – не низко.

– На самом деле я – Джетри Гобелин, подмастерье и приемный сын мастера-купца Норн вен-Деелин. В сообщении из отделения меня именовали Джет Ри вен-Деелином, и я счел разумным продолжать числиться под этим именем до тех пор, пока не смогу попросить внести поправки в базу данных.

– Вен-Деелинский землянин, – пробормотала женщина-купец и, когда он посмотрел на нее, наклонила голову. – Простите меня, сударь. Я – Элиса кор-Энтек. Ваша слава обгоняет вас, к вящему изумлению нас всех.

– Я слышал, что вен-Деелин взяла в подмастерья землянина, – сказал суроволицый купец, глядя на свою собеседницу. – Я еще тогда подумал, что она сошла с ума. Но – приемный сын?

– И даже приемный сын, – заверила она его, явно наслаждаясь ситуацией. – Именно так. Весьма и весьма интересно, не правда ли?

– По-моему, это просто безумие, причем опасное, – отрезал мужчина.

Джетри почувствовал к нему симпатию единомышленника, однако, как бы ни оценивал свое усыновление он сам, он не мог – никак не мог, – как сын или как подмастерье, просто стоять и слушать, как смеются над мастером вен-Деелин.

Он напряженно выпрямился и пристально посмотрел сверху вниз сначала на суроволицего купца, а потом – на женщину.

– Меланти мастера-купца Норн вен-Деелин безупречно, – сказал он, стараясь говорить с чувством собственного достоинства и надеясь, что фраза окажется точной.

Элиса кор-Энтек улыбнулась ему:

– В этом нет сомнений. От чего вся ситуация становится бесконечно более занимательной.

– Для вас, возможно, – раздраженно заявил мужчина. Он посмотрел снизу вверх на Джетри и повел рукой. – Будьте любезны, подмастерье… Гобелин. Мы с купцом кор-Энтек должны завершить небольшой деловой разговор. Прошу вас выпить чашку чая и немного отдохнуть от ваших трудов. Я приду к вам в самом скором времени.

Джетри решил, что чашка чая будет очень кстати: он вдруг понял, что ощущение пустоты под сердцем было вызвано не только близящимся экзаменом, в чем бы он ни состоял. «Может, и перекушу тоже». Он наклонил голову.

– Благодарю вас, сударь. Я буду ждать вас у бара. – Он посмотрел на даму. – Будьте здоровы, сударыня. Хорошей торговли.

Она адресовала ему легкий заговорщический кивок.

– Хорошей прибыли, Джетри Гобелин.

– Извини за опоздание, – сказала Райзи, проскальзывая на скамью напротив.

– Спасибо, что вообще пришла, – ответил Григ, пододвигая ей вторую бутылку пива.

Она выгнула бровь.

– А я думала, ты обижаешься на дядю.

– Я ни на кого не обижаюсь. – Григ вскрыл свое пиво. – Просто… что было, то прошло, Райзи. Нам нужно переходить на что-то другое. Все… нестабильно, и ты сама это прекрасно знаешь. Хочешь для начала поговорить о врожденных пороках?

Райзи вскрыла свою бутылку, сделала большой глоток, откинулась назад и вздохнула.

– И ты ради этого послал мне срочный вызов?

Он краем глаза осмотрел бар: тихий вечер, посетителей мало – и снова сосредоточил взгляд на сестре.

– Нет, – негромко ответил он. – Извини.

Он отпил немного пива, вернул бутылку на стол и хмуро уставился на ее дно.