Джетри поклонился в знак благодарности:

– Спасибо вам, сударь.

– Не за что, уверяю вас. Однако позвольте дать вам один совет, дитя.

– Да?

– Возможно, было бы разумнее не заявлять публично о том, что подобные устройства были предметом работы вашего отца.

Джетри нахмурился.

– В земном пространстве древняя технология не считается незаконной, – сказал он ровным голосом.

– Совершенно верно, – согласился разведчик.

Джетри показалось, что он собирался добавить еще что-то.

– Это – твой отец? – спросила Миандра у них за спинами.

Джетри повернулся и увидел, что она держит фотокуб. На экране было изображение Эрина.

– Да. Это он.

Она повернула куб лицом к себе.

– Ты чрезвычайно на него похож, Джетри. Я бы приняла его за твоего старшего брата.

– Можно мне посмотреть?

Разведчик протянул руку – и Миандра передала ему куб.

– О да. Таким я его видел в день его смерти. Сильным, решительным и достойным. Действительно, удивительное сходство.

С легким поклоном он вернул куб.

– А теперь, дети мои, я предлагаю всем перейти в отделение Разведки. Там Джетри сможет подписать необходимые бумаги, а мы сможем поместить эту вещь, – тут он прикоснулся к своей куртке на уровне груди, – в безопасное хранилище. Мы также свяжемся с Целителями, чтобы сообщить им относительно места, где остановится леди Миандра, и уточнить время ее прихода завтра. После чего я прошу вас обоих доставить мне удовольствие вашим обществом за главной трапезой. В порту Ириквэй есть один ресторан, который издавна числится среди моих любимых. Я почел бы за честь показать его друзьям.

Джетри посмотрел на Миандру и увидел, что глаза у нее блестят, а лицо стало не таким напряженным, после чего поклонился разведчику.

– Нам более чем приятно составить вам компанию, сударь. Ведите нас.

День 178-й

1118 год по Стандартному календарю

Ириквэй

Модуль был старый, хотя Джетри попадались и более старые. Люки оказались прочными, обшивка – без пробоин и вмятин. Модуль покоился на подставке, предназначенной для моделей, построенных десятилетиями позже и рассчитанных на гораздо больший груз. Хотя крепления можно было назвать стандартными, они относились к старому и ныне мало применяемому типу. В какой-то момент – возможно, относительно недавний – модуль пребывал под водой, так что на его обшивке по-прежнему сохранилась колония опустевших раковин моллюсков. На носу еще можно было увидеть лиадийскую регистрацию: цифры сильно потускнели, но поддавались прочтению.

Джетри закончил свой обход и остановился, осматривая модуль в целом.

– Ну что? – спросил Тан Сим, который наблюдал за осмотром, присев боком на широкий подоконник и упираясь ногой в грубый цементный пол. – Возьмете его себе?

Джетри повернулся.

– Вы знаете, что в модуле, – сказал он, и это не было вопросом.

Тан Сим моргнул, а потом слегка поклонился, не вставая с места.

– Я знаю, что было в манифесте, – сказал он. – И дьявольски много времени у меня ушло на выяснение.

– И? – Джетри направился к нему. – Что они перевозили? Птюшиков, которые за шестьдесят лет умерли и сгнили? Сыры, заплесневевшие и ставшие ядовитыми? Вино, превратившееся в уксус?

Тан Сим пошевелил плечом и поморщился. Ссадины за ночь сильно налились, превратив его лицо в мозаику желтых и лиловых пятен.