Оба-на.

Картазаев поизучал лицо на высветившемся снимке и решил, что оно, в общем- то, и не сильно изменилось. Во всяком Свин не похудел с тех пор. Круглое лицо, заплывшие глазки.

12-й взвод Обервальда. Что-то Картазаев не помнил, чтобы парень хвастался этим.

Он высветил еще пару фоток курсантов Обервальда. Все они были толсты до невозможности, и глаза их хитро выглядывали из-под складок жира.

Похоже, как если бы людей специально откармливали. Для чего? Что с ними собирались делать потом?

Картазаев не успел додумать свою мысль до логического и не совсем лицеприятного завершения, вынужден был прерваться для того, чтобы подхватить пистолет и направить на ближайший стеллаж, за которым угадывалось чужое присутствие.

— Выходи! — велел он. — Не то нажму на курок, никакой Вениаминов тебя не спасет.

Вообще-то, он надеялся, что там окажется кто-то из своих, но из-за стеллажа опасливо показался интереснейший субъект. Это был дедок в грязной спортивной куртке с трясущейся и седой, словно у луня головой.

— Не шуткуй с орудием, — предостерег он. — Один я.

Картазаев убедился, что дедок говорит правду, поставил пистолет на предохранитель и сунул в карман.

— Ну, подходи, Тайфун, — сказал он почти весело.

— Откель меня знаешь? — подозрительно спросил дед, и глаза его недобро полыхнули, но Картазаев не испугался.

— Имя у тебя на куртке написано, чудило, — пояснил он.

Действительно, всю спину деда пересекала надпись "Тайфун 1200".И почему-то "Загора".

— Тогда ладно, живи, — подобрел дед.

— И на том спасибо.

Тайфун ощерил мелкие острые зубы.

— И вправду ничего видать обо мне не слыхал, человече.

— Ничего, — честно признал Картазаев. — Ты здесь сторожем будешь?

— Навроде того.

Дедок проворно уселся на соседний стул. У Картазаева возникло нехорошее чувство, что секундой раньше никакого стула рядом не было.

Находиться вблизи деда было нелегко. От него веяло таким выдающимся ароматом, словно он долгое время жил в овечьем загоне. Да и курил дед, похоже, всякую дрянь навроде адской смеси из сушеного навоза и старых шин.

— Чем обязан гостю? — спросил дед и с хитрым прищуром глянул на него, словно знал все наперед, что он тут начнет врать.

— Бензопровод нужен, — без обиняков заявил Картазаев, словно дедок обязан был вскочить при этих его словах, и устремится на поиски новой трубки. — Потом дальше покатимся.

— Негожее время выбрали вы для каталок. Да и место тоже. Кто вас сюда звал? — ответить Картазаев не успел, потому что дед вскинул заскорузлый длинный, словно коряга палец кверху и прошипел. — Тише!

Картазаев замолчал и услышал девичий смех за стеллажом у себя за спиной. Дед произвел пас рукой, и книги послушно расступились, открывая знойную картинку, при виде которой Картазаев опять почувствовал голод, и голод не по пище.

Женщины целовались. Одолженный взамен утерянной блузки пиджак Брун был распахнут, и Калерия ласкала бесстыдно торчащие сосками кверху груди. Брун вся исходила соком от страсти.

Дедок опустил палец грязным ногтем книзу, и на сладкую парочку посыпался Вениаминов. Причем, со всех полок сразу. Женщины опять завизжали и кинулись наутек.

— А еще клялась, что это не она! Прав был брат Ардалион, удивительно несерьезное отношение к сексу! — воскликнул Картазаев.

— А это не она, — ответило ему эхо.

Картазаев заоглядывался кругом, но деда и след простыл. Стул его тоже исчез.

Полковнику не терпелось скорее покинуть странную библиотеку, но он не мог уйти, не предприняв еще одной попытки.