|
А было это так. Распрощавшись с господами Марсденом и Барроу, Хорнблоуэр вдруг вспомнил, что не получил официально заверенный королевский патент на капитанский чин. На выслугу эта бумага никакого влияния уже не имела — капитанский стаж отсчитывался с момента публикации в «Газетт», — но ему так хотелось показать документ со всеми печатями и подписями жене (и теще, если придется свидеться), что он, ничтоже сумняшеся, решил задержаться в Лондоне еще на денек. При этом, с ослиным упрямством и верой в порядок честного и законопослушного гражданина, капитан не стал больше напоминать о своем существовании высоким начальникам, а обратился непосредственно в тот подотдел Канцелярии Адмиралтейства, который ведал выдачей офицерских патентов. Пожилой тучный клерк внимательно выслушал просьбу новоиспеченного капитана и вежливо предложил зайти завтра, так как в канцелярию поступили еще не все необходимые бумаги. Назавтра повторилась та же самая история — клерк долго извинялся, разводил руками, ссылался на нерасторопность других чиновников, а в заключение попросил опять «зайти завтра». Только на пятый день, выйдя из Канцелярии, занимавшей отдельное здание и потому не столь труднодоступной, как само Адмиралтейство, Хорнблоуэр понял, что его попросту водят за нос. Можно было сунуть взятку или плюнуть на все и уехать без патента, оставив получение его на будущее. Давать взятки он так и не научился за все десять с лишним лет службы, поэтому склонялся ко второму варианту. Скорее всего, так бы и случилось, не задержись капитан на пару минут около парадного входа. Пока он стоял, раздумывая, что же делать дальше, мимо него прошел какой-то человечек в темном плаще, почему-то поклонившийся ему. Хорнблоуэр машинально кивнул в ответ, и только потом удивился, кто это может быть, если в Лондоне у него почти нет знакомых. Человечек, между тем, остановился у двери и, поколебавшись немного, обернулся. Хорнблоуэр сразу узнал вытянутую, сморщенную физиономию доверенного клерка Первого Секретаря.
— Доброе утро, м-р Дорси, — кивнул он еще раз. — Доброе утро, сэр, — ответил клерк с нескрываемым удивлением в голосе. — Могу я спросить вас, сэр, что задержало ваш отъезд? М-р Марсден уверен, что вы давно в Плимуте. Только вчера он вспоминал о вас, сэр. Хорнблоуэру было довольно стыдно признаться в истинной причине задержки, вызванной, в сущности, детским тщеславием, но и деваться тоже было некуда: если весть о его пребывании в Лондоне без веской причины дойдет до м-ра Марсдена, могут возникнуть нежелательные вопросы и осложнения. Скрепя сердце, Хорнблоуэр поведал м-ру Дорси историю своих мытарств. Старый клерк сочувственно покивал головой и неожиданно предложил: — Пойдемте со мной, м-р Хорнблоуэр. Может быть, вдвоем мы получим ваш патент. — При этих словах мистер Дорси улыбнулся робкой, застенчивой улыбкой, как бы извиняясь за ту дерзость, с которой он предлагает свое покровительство капитану Королевского Флота, хотя и без патента. Рассевшийся в важной позе за столом виновник волокиты явно не ожидал увидеть сегодня просителя снова, да еще в обществе хорошо знакомого ему м-ра Дорси. Он на глазах сморщился и увял, как проколотый воздушный шарик, когда последний сурово взглянул на него и заговорил не терпящим возражений тоном, которого трудно было ожидать от столь безобидного на вид человека: — М-р Стеббинс, по вашей вине капитан Хорнблоуэр вынужден задерживаться в Лондоне, несмотря на то, что должен отправляться в Плимут по личному поручению м-ра Марсдена. Я полагаю, что м-р Марсден будет крайне недоволен, когда узнает о вашей нераспорядительности… Этого оказалось более чем достаточно. Хорнблоуэр, оказавшийся как бы в позиции стороннего наблюдателя, зачарованно смотрел, как засуетился толстяк, подняв на ноги всех своих подчиненных, как униженно рассыпался он в извинениях перед мистером Дорси и перед ним самим, и как, наконец, ровно через пятнадцать минут желанный документ был вручен прямо ему в руки. |
