— Вы абсолютно правы, мистер Лейн, — тихо сказал доктор Мерриэм. — В медицине было немало диспутов о проблеме компенсации чувственных впечатлений. И Луиза Кэмпион — великолепное решение этой проблемы. Нервы в кончиках ее пальцев, вкусовые нервы языка и обонятельные носа развиты необычайно остро.

— Все это прекрасно, — начал инспектор, — но я…

— Терпение, — прервал Лейн. — Возможно, мы идем по необычному следу. Мы обсуждаем обоняние. Она ведь сразу почувствовала запах рассыпавшегося талька. Не исключено… — Он быстро наклонился и переложил металлические блоки на панели Брайля:

«Вы ощущали какой-нибудь запах, кроме запаха порошка? Подумайте».

Когда пальцы Луизы блуждали по блокам на панели, лицо ее приняло одновременно торжествующее и озадаченное выражение, а ноздри начали раздуваться. Она явно пыталась ухватиться за какое-то воспоминание. Внезапно она издала пронзительное мяуканье, очевидно свидетельствующее о возбуждении. Ее пальцы быстро задвигались.

Мисс Смит разинула рот, глядя на эти движения.

— Трудно поверить, что она знает, что говорит…

— Да? — возбужденно воскликнул окружной прокурор.

— Луиза утверждает, — продолжала сиделка неуверенно, — что когда она коснулась лица и стала терять сознание, то почуяла…

— Ну? — вскричал Друри Лейн, чьи блестящие глаза не отрывались от губ мисс Смит. — Что она почуяла?

Сиделка нервно хихикнула.

— Ну… возникло ощущение, что рядом что-то вроде мороженого или сладкого пирога.

Все уставились на мисс Смит. Даже доктор Мерриэм и капитан Триветт казались ошарашенными. Окружной прокурор беззвучно повторял слова, как будто не верил своим ушам. Тамм свирепо нахмурился.

Напряженная улыбка исчезла с лица Лейна. Он явно был озадачен.

— Мороженое или сладкий пирог, — медленно повторил он. — Очень странно.

— Вот вам ваша сверхчувствительность! — скверно ухмыльнулся Тамм. — Она не только глухонемая и слепая, но и унаследовала психозы семейки ее матери. Мороженое или пирог! Это какой-то фарс.

— Это может оказаться не таким безумным, как звучит, инспектор. Почему она подумала о мороженом или пироге? Между этими лакомствами едва ли есть что-то общее, кроме приятного вкуса… Думаю, она куда разумнее, чем вы думаете.

Лейн передвинул металлические буквы.

«Вы говорите «мороженое или пирог». В это трудно поверить. Может быть, пудра или кольдкрем?»

Пальцы Луизы вновь забегали по панели.

«Нет. Не пудра и не кольдкрем. Это пахло как пирожное или мороженое, только сильнее».

«Запах был сладкий, не так ли?»

«Да. Приторно-сладкий».

— Приторно-сладкий… — Покачав головой, Лейн составил очередной вопрос:

«Возможно, это был цветок?»

Луиза колебалась, наморщив нос, словно пыталась уловить давно исчезнувший запах.

«Да, цветок. Редкая разновидность орхидеи. Капитан Триветт подарил ее мне. Но я не уверена…»

Взгляд стариковских голубых глаз капитана Триветта стал ошеломленным. Его обветренное лицо приобрело цвет седельной кожи.

— Ну, капитан? — осведомился Тамм. — Вы в состоянии помочь?

— Неужели она помнит? — отозвался моряк надтреснутым голосом.