|
— Нет! — возразил Тамм. — Мы будем присматривать за лабораторией, но яды останутся там, — возможно, кто-нибудь попытается стянуть бутылочку.
Бруно посмотрел на Друри Лейна, который сразу напрягся, словно ожидая удара.
— Ну, я все обдумал, мистер Лейн… — начал окружной прокурор.
— И к какому выводу пришли? — бесстрастно осведомился Лейн.
Бруно усмехнулся:
— Не хочется опровергать ваш изящный анализ, но боюсь, я вынужден это сделать. Все ваши рассуждения основаны на том, что убийца и отравитель — одно и то же лицо… Актер тут же расслабился и облегченно вздохнул. — Ранее мы уже обсуждали возможность, что это два разных человека, которые в ночь убийства поработали индивидуально в разное время…
— Да-да.
— Правда, — продолжал Бруно, махнув рукой, — это оставляет необъясненным мотив отравителя. Но предположим, он хотел всего лишь напугать бедную женщину и выставить ее из дома с помощью притворных покушений. Такой мотив мог быть у нескольких лиц, которые не решились бы на убийство. Поэтому я и говорю, что вы не приняли в расчет возможность наличия двух преступников — теорию, согласно которой убийца миссис Хэттер не имел ничего общего с попытками отравления.
— Той ночью и два месяца назад, — добавил Тамм, явно удивленный проницательностью Бруно. — Это проделывает здоровую дырку в вашем анализе, мистер Лейн!
Минуту актер сидел молча, а потом двое гостей с удивлением услышали его тихий смех.
— Я думал, это очевидно, мистер Бруно, — сказал он.
— Очевидно? — воскликнули оба.
— Конечно.
— О чем вы?
Лейн усмехнулся:
— Моя ошибка в том, что я не удосужился указать вам на то, что выглядело для меня очевидным все время. Такой вопрос вполне естествен для вашего изощренного юридического ума, мистер Бруно. Опровержение в последнюю минуту!
— Я бы хотел услышать ваши объяснения, — спокойно сказал Бруно.
— Услышите. — Лейн уставился на огонь в камине. — Итак, вы хотите знать, почему я предполагаю, что убийца и отравитель — одно и то же лицо. Ответ заключается в следующем: я не предполагаю, я знаю это и могу предъявить математическое доказательство.
— Это чрезмерное требование, — сказал инспектор Тамм.
— Я открыт для убеждения в своей неправоте, — промолвил окружной прокурор.
— Возможно, как «слеза из кротких женских глаз», — улыбнулся Лейн, — мой аргумент окажется слишком убедительным… Начну с того, что большая его часть написана на полу спальни.
— На полу спальни? — переспросил Тамм.
— Фи, инспектор! Меня удивляет ваша недогадливость. Надеюсь, вы согласитесь, что, если в этом замешаны двое, они должны были прийти в спальню в разное время, поскольку руководствовались различными мотивами — отравить грушу и убить миссис Хэттер?
Двое мужчин кивнули.
— Отлично. В каком же порядке они посетили комнату?
Тамм и Бруно посмотрели друг на друга. Бруно пожал плечами:
— Не вижу, каким образом это можно определить.
Лейн покачал головой:
— Вашему ходу мыслей не хватает логики, мистер Бруно. Чтобы поместить отравленную грушу на ночном столике, где мы ее нашли, отравитель должен был стоять между кроватями. Чтобы убить миссис Хэттер, убийца должен был стоять там же, как указал доктор Шиллинг. Следовательно, оба, если их было двое, прошли по одному и тому же участку ковра, находящемуся между кроватями. |