— Мисс Барбара говорит, чтобы вы поднимались, — сообщила она, вернувшись.

Лейн застал поэтессу в комнате, куда тщетно стучал вчера. Она курила сигарету в длинном жадеитовом мундштуке, положив ноги на подоконник.

— Входите и, пожалуйста, простите мое déshabillé.

— Оно очаровательно.

Барбара была одета в шелковый оранжевый халат, ее золотистые волосы опускались на плечи.

— Не обращайте внимания на беспорядок, мистер Лейн, — улыбнулась она. — Я весьма неряшливая особа и еще не успела прибраться. Возможно, нам лучше перейти в мой кабинет.

Она направилась сквозь полураздвинутые портьеры в крошечную смежную комнатушку, где находились письменный стол, стул, книжные полки и пишущая машинка.

— Я все утро писала, — объяснила Барбара. — Садитесь на стул, мистер Лейн. Я присяду на стол.

— Благодарю вас. Очаровательный кабинет, мисс Хэттер, и именно такой, каким я его представлял.

— Правда? — Она засмеялась. — Люди говорят ужасные вещи об этом доме и обо мне. Что в моей спальне якобы зеркальные стены, пол и потолок, что я каждую неделю меняю любовников, что я вовсе бесполая, что я выпиваю три кварты черного кофе и галлон джина в день… В действительности, как могут видеть ваши проницательные глаза, мистер Лейн, я весьма заурядная личность. Поэтесса, лишенная пороков, несмотря на слухи.

Лейн вздохнул:

— Мисс Хэттер, я пришел, чтобы задать вам очень странный вопрос.

— В самом деле? — Спокойствие и безмятежность исчезли. — Какой именно, мистер Лейн? — Барбара подобрала остро заточенный карандаш и начала рисовать бессмысленные узоры на столе.

— При нашей первой встрече во время вашей беседы с инспектором Таммом, окружным прокурором Бруно и мной вы упомянули кое-что, что по непонятной причине застряло у меня в голове. Я уже давно намеревался расспросить вас об этом подробнее, мисс Хэттер.

— Да?

Лейн посмотрел ей в глаза:

— Ваш отец некогда писал детективную историю?

Барбара изумленно уставилась на него — сигарета едва не выпала у нее изо рта. Лейн сразу увидел, что ее изумление искреннее, словно она с испугом ожидала совсем другого вопроса.

— Просто удивительно, мистер Лейн! Вы совсем как добрый старый Шерлок в книгах, которыми я зачитывалась в детстве… Да, папа писал детектив. Но как вы узнали?

Друри Лейн снова вздохнул.

— Значит, я был прав, — медленно произнес он. Его глаза наполнились печалью, которую актер постарался скрыть, отведя взгляд. — Тогда вы говорили, что ваш отец пробовал силы в беллетристике. Что касается моего вопроса, определенные факты указывали на эту крайне существенную возможность.

Барбара погасила сигарету.

— Боюсь, я не вполне понимаю. Но я верю вам, мистер Лейн… В начале прошлой осени папа спросил у меня, не могу ли я порекомендовать хорошего литературного агента. Я предложила своего собственного и спросила, неужели он что-то пишет?

Она сделала паузу.

— Пожалуйста, продолжайте.

— Сначала папа смущался, но я настаивала, и наконец, когда я обещала хранить это в тайне, он признался, что задумал детективный роман.

— Задумал? — быстро переспросил Лейн.

— Так он сказал. Папа только набрасывал свои идеи. Ему казалось, что получается неплохо, и он хотел проконсультироваться с кем-нибудь сведущим в этой области, есть ли шансы опубликовать книгу, когда она будет закончена.

— Понятно. А он сказал что-нибудь еще, мисс Хэттер?

— Нет.