Они огляделись, но Тома нигде не было видно. Только одинокая цепочка следов тянулась в сторону ближайшей рощи.

— Идиот! — с чувством сказал Авери. — Я же сказал ему не уходить далеко.

— Может, пойти его поискать? — предложила Барбара.

— Нет. Пока не надо.

Словно в ответ на его слова, раздался выстрел. Явно где-то неподалеку. Мэри и Барбара тревожно переглянулись.

— Черт побери! — воскликнул Авери.

Он заметно нервничал. Непонятно с чего, ему в голову пришел процитированный Томом второй закон Паркинсона. Но его опасения оказались напрасными.

Вскоре из-за деревьев появился живой и невредимый Том. Он что-то нес в руке. Когда Том подошел поближе, Авери увидел, что это шестиногий «кролик» — точь-в-точь такой, как на картинке. Том выглядел очень довольным собой.

— Охотник вернулся домой! — заявил он, бросая свою добычу к ногам Барбары. — Из него, я думаю, получится вполне приличный супешник… Выстрелил с бедра с расстояния в десять шагов. Совсем неплохо, правда?

— Теперь осталось всего сорок восемь, — холодно ответил Авери.

— Сорок восемь чего, старина?

— Патронов…

— А… понимаю… Но, между прочим, ты сам один пульнул в океан, помнишь?

— А ты предпочел бы не знать, в порядке револьвер или нет?

Том сделал вид, будто не расслышал вопроса.

— Ни разу в жизни из него не стрелял. Это вещь! Я купил его во Франкфурте за двадцать две марки. Ну и весело же мне было тащить его контрабандой через таможню в старом добром лондонском аэропорту. Отличная игрушка, доложу я вам.

— Дай его сюда, — приказал Авери.

— Это еще зачем?

— Потому, что я так говорю.

— И не подумаю, старина. Иди играй в фюрера где-нибудь в другом месте.

И тут Авери его ударил. Короткий удар ребром ладони по шее (Авери даже сам удивился его скорости и силе), от которого Том повалился на землю, словно мешок с картошкой. К счастью, от неожиданности Том выпустил из рук револьвер. Чем Авери и не замедлил воспользоваться. Мысленно проклиная себя за вспыльчивость, он подобрал револьвер. Хорошенькое он положил начало взаимному доверию…

Ему хотелось попросить у Тома прощения. Он уже собрался было помочь тому подняться, как Мэри спросила:

— Ричард, скажи, тебе обязательно надо было быть таким жестоким?

— Да, — ответил Авери, подавляя в зародыше желание извиняться. — Я просил его посмотреть, что вокруг, а он затеял пальбу. Я сказал ему дать мне револьвер, а он не дал… Я только выполняю работу, которую вы же мне и поручили. Как умею.

— Вы оба погорячились, — сказала Барбара, помогая Тому встать. — Но Ричард прав… пусть сам поступил и неправильно. А теперь давайте-ка помиритесь.

Авери протянул Тому руку. К его удивлению, Том ее принял. Затем, резко дернув, он крепко вмазал Авери под дых. Несмотря на боль, Авери не выпустил револьвера. Задохнувшись, он согнулся почти пополам.

— В эти игры можешь играть не только ты один, — заявил Том. — Ну, как тебе нравится, когда тебя бьют? — спросил он с довольным выражением лица.

— Не очень, — признался Авери.

Но как ни странно, он был доволен. Теперь они с Томом были квиты.

— Я хотел бы получить назад мой револьвер, — продолжал Том.

Но это было уже не требование, а так, заявление приличия ради.