Не стану вас томить и расскажу, куда он угодил и что с ним произошло дальше…

ГЛАВА ПЯТАЯ. Дальнейшие приключения Василько

1

Огляделся Василько и сказал:

— Ого!

Вокруг горы; справа — речка ворчит по камням; слева — лес взбежал на склоны и замер, будто от удивления; а впереди и позади — шатры старинные расписные да палатки попроще.

Тут и там костры дымят, бараньи туши жарятся. Вкусный запах будто пощекотал в носу, и Василько чихнул.

— Будь здоров! — сказал кто-то в палатке рядом.

— Спасибо…

Выходит к нему молодой солдат в странной черно-зеленой форме, с кожаным ранцем на спине и патронташем на поясе. Левая рука незнакомца висит на черной перевязи.

— Новобранец? — спрашивает.

— Что?

— Новенький?

— Да, — отвечает Василько.

— Из городских, видать… А что это у тебя на шее?

— Галстук… Пионер я.

— Ишь ты! Это вроде взводного, небось? — с уважением произнес солдат и подал руку. — Давай знакомиться: Дэ-Семь.

— Как?

— Дэ-Семь, говорю, это я, тоись. У нас пешек кличут по начальным полям на шахматной доске.

— А-а, — протянул Василько, хотя ничего не понял. — А почему у вас рука забинтована?

— Ночью на дело ходили, и царапнуло малость… Да ты садись! Не в игре ж сейчас…

Дэ-Семь пододвинул солдатские барабаны, и они уселись.

— Вишь, как приключилось, — охотно рассказывал солдат, — помер у нас, значит, король…

— Что?! — привстал Василько.

— Помер, говорю, король наш. Да ты сиди! Сколько ему сравнялось — не ведаю: у нас короли сотнями лет живут… А тут, значит, взял да и помер в одночасье. Ну, а сам знаешь: в шахматах без короля — мат выходит! Нам хоть маленький, хоть плохонький, а король нужен… В запасе другого не оказалось…

— А это, вообще, что за местность? — решился уточнить Василько.

— И этого не знаешь?! — покрутил головой солдат. — Здесь обретается повелительница наша шахматная, Каисса. На том берегу — во-он стольный град ее, по прозванью Восемью Восемь. Туда лучшие игроки со всего света в гости съезжаются: себя показать да друг на дружку поглядеть. А первейшему из первых Каисса звание чемпиона жалует!

— А-а…

— То-то. А на сём берегу — Долина Борьбы, где ее — Каиссы, вестимо, — гвардейские шахматные армии — мы тоись! — баталии показывают для образцу, ну, и для развлечения… не без того. Однако слухай дале про нашу ночную кампанию… По-первах ферзь наш — опы тный вояка! — рапорт сочинил начальству. Усёк?

— Как это?

— Ну, уразумел, значит…

— Усёк, усёк…

— Ага. Послали, значит, мы бумагу и приободрились: главное сделано! АН, ждать-пождать, — досе без короля. Бумага, выходит, есть, а короля — Митькой звали — нету тоись.

— Усёк, — кивнул Василько.

— Ага. Ну, тут ферзь наш — хошь не хошь — пораскинул умом и говорит нам: «Слыхал я, братцы, что объявление по городам и весям дали, а, знать, без пользы… Не иначе — самим действовать надобно». — «Как это, — спрашиваем, — самим? Нешто так допустимо?» А он: «А помирать можно? Королям, тоись, допустимо? То-то!.