|
Однако игроки это игроки — орки могли победить, могли вырезать целый рейд или объедение нескольких рейдов, но не могли при этом избежать потерь, ну а игроки возрождались в точке респауна и возвращались в степь через день, а то и через час, возвращались набравшись опыта, злости и желания отомстить. Их число не убывало, наоборот по мере разграбления и потери интереса к городу росло — десятки рейдов сменились сотнями и тысячами. Теперь уже не орки выслеживали игроков, а игроки охотились и устраивали настоящие масштабные загонные облавы на орков, их каждодневные, кровавые охоты успешно координировали с воздуха летуны. Ну а на пятый день произошло и вполне крупное сражение: не успевшая к битве за город 20-тысячная орда с низовий реки попыталась отрезать от города одну из таких охот, но благодаря все тем же летунам игроки оказались предупреждены. Двадцать тысяч орков против пятнадцати тысяч игроков, орду поддержали мелкие отряды из степи — еще пара тысяч и несколько сотен ррыргха (всадников на варгах), наемники получили помощь трех десятков летунов клана, к тому же по мере битвы к ним подходили все новые и новые охотничьи отряды. Тяжелый яростный бой длился несколько часов, но результат не сложно было предугадать — к ночи пятого дня орда перестала существовать, и в ночной степи продолжилась охота. Орки поставили все на этот бой, свою попытку доказать, что они по прежнему хозяева в степи... Не доказали! И к концу шестого дня охоты термин ''мертвая степь'' обрел вполне конкретное зримое воплощение — ни одного живого орка на 50 километров в любую сторону от города, по крайней мере на этой стороне реки.
На той, так же было весело: благодаря помощи летунов, водным тропам и трофейным судам наемники сумели перебраться через реку и хорошо порезвиться на прежде не затронутом войной левом берегу — вновь по всей степи горели кочевья, горели и поселения речных людей. ''Веселью'' попыталась помешать 12-тысячная орда при поддержке 5-тысячного ополчения из речных людей, но полсотни летунов в один заход разогнали нищее войско из пастухов и рыбаков. Руководству Драконов стало абсолютно ясно, что дела у орков совсем плохи — в любом другом случае хозяева степи никогда бы не опозорили себя, позвав на битву речных людей. Здесь же на левом берегу Драконов ожидал новый и весьма прибыльный успех — небольшой торговый город дорейских купцов, что платили племенам Вишни ежегодную дань за право жить на их землях и торговать. Город был неплохо укреплен (настоящие глинобитные стены и питаемый из реки ров), имел довольно крупный гарнизон в тысячу хорошо вооруженных, дисциплинированных вояк + многочисленные купцы не важно дорейцы или иных рас немедленно выставили на защиту города свои охранные отряды, тем самым впятеро увеличив гарнизон + под защиту городских стен сбежалось какое-то и немалое количество орков и речных людей — еще до семи тысяч бойцов. Наличие таких больших сил, крепких ухоженных стен и первоначальная малочисленность появившихся под стенами города наемных игроков позволили городским властям считать себя в полной безопасности, так что, когда под стенами города появился представитель Драконов, его не только не пустили за ворота, но еще и обложил последними словами и послал в разные глубокие места простой гарнизонный сержант. Мало того, когда посланный парламентер уходил, пара присутствующих на городской стене орков выпустили ему в спину несколько стрел... Расплата последовала незамедлительно! Через час город взяли с трех сторон: с земли — десять тысяч наемных игроков, с воды — еще три тысячи наемных игроков и тысяча Драконов по водным тропам и с воздуха — тысячный десант игроков клана верхом на 110 грифонах. Город дорейцев брали не так жестко как Бунглинган — все-таки в городе находились представительства нескольких Гильдий, храмы общепочетаемых богов и отделения уважаемых по всему Серединному миру банков, а потому Драконы и сами не зверствовали и не давали зверствовать наемным игрокам. |
