Изменить размер шрифта - +
- Тряпки, ножи, посуда, специи, железки какие-то — хлам! Ну вы и тормоза! - возмущалась Василиса, шагая взад-вперед перед тянувшимися заготовками, что были на две головы выше нее. - Я понимаю эти, - взмах в сторону купленных перед походом бойцов сотни, - но вы, ты Ходок, - палец Василисы ткнулся в грудь десятнику, потом безошибочно указал на так же тянувших спину опытных спецназовцев за его спиной, - ты, ты, ты, ты и ты — вы же женатые серьезные мужи, а так лажаете?! Особенно ты, Ходок — у тебя жена вот-вот родит, а ты совсем мышей не ловишь, остолоп! -

   -  Что мы сделали не так, госпожа? - Ходок осмелился задать вопрос и посмотрел на распекавшую его Василису, посмотрел почти без страха, было очень тяжело, но ради семьи и любимой он был готов на все. 

  -  Где подарки вашим женам? Да даже подружкам? - 

  -  Есть подарок, - осмелился возразить Ходок.

   -  Да ну!? - удивилась Василиса. - Ну давай порази меня, чего ты там за подарок почитаешь! - 

                     Ходок достал из мешка штуку бархатной ткани и предъявил ее пред гневные очи.

  -  Э-э-это!? - захохотала Василиса. Потом присмотрелась, провела по ткани рукой и несколько смягчилась: - Неплохо, ты не безнадежен, но все равно не то, не совсем то. -

  -  А что не так? - растерялся Ходок, не понимая где он попал впросак — хорошая же ткань, из нее много чего можно пошить, не только Лилилите, но и всем женщинам в семье? 

  -  А то! Вот что любят женщины, вот я что люблю? - 

                       Неожиданный вопрос поставил Ходока в тупик и не одного Ходока — вся внимательно прислушивавшаяся к их разговору сотня морщила лбы, пытаясь ответить на вопрос грозной госпожи и осознать, что грозная госпожа тоже женщина.

  -  Ладно, хватит телиться, а то замычите еще, - прервала их мучения Василиса. - Женщинам, и мне в том числе, нравятся украшения, нравится красоваться в них, нравится надевая их думать о подарившем мужчине, а вам, остолопы, нравится, когда женщина их носит. Когда вы дарите женщине украшения, вы не просто радуете ее и выражаете ей свою любовь, вы лучше любых слов говорите ей, что думали о ней, что помнили о ней, не забывали в разлуке. Поняли, остолопы?! -

 -  Что же нам делать? Я не хочу обидеть свою жену! - растерянно спросил Ходок, подобный же вопрос светился в глазах и остальных бойцов сотни, из тех кого ждали жены или подруги. Лишь новички тупо морщили лоб, стараясь понять, о чем идет речь и что пытается им втолковать красноволосая госпожа, счастливые — они еще не доросли до таких проблем.

  -  Деньги есть? - неожиданно спросила Василиса. 

                         Ходок кивнул и достал из-за пояса несколько монет.

  -  Давай сыпь сюда, - Василиса вытащила из сумки шелковый платок и моментально свернула его в кулек. - Остальные, кто хочет порадовать жен и подружек, так же сыпьте, девственники и те, у кого нет зазноб, могут не беспокоиться. -

                    Сдали примерно 2/3 сотни — в основном в кулек летела медь, но иногда сверкало серебро и даже пару раз блеснуло золото.

  -  М-да-а, - Василиса взвесила кулек в руке, - не густо. Ладно, сидите здесь и ждите меня, будет кто-то вас гонять или торопить, скажите что я приказала. -

 -  Слушаюсь, госпожа! - вытянулся Ходок, привычно стукнув кулаком по груди.

Быстрый переход