— Слушайте меня внимательно и подумайте о том, что я уже давно не шахматная фигура на Вашем поле. Если Вы не в состоянии устранить небольшие неполадки в реактивных двигателях Вашего космического супер-корабля, чтобы иметь возможность снова взлететь, то и не думайте, что Вы в состоянии импонировать земному ученому и солдату специального назначения Вашим дурацким важничаньем. У людей больше решимости и отваги, чем у Ваших тюфяков в их дегенеративных головах. И если Вы сейчас прервете связь, я отключу энергетический купол. Вы хотите что-то сказать?»
Она смотрела на него широко раскрытыми глазами. Никогда до сих пор командирша не слышала таких речей.
Она не прервала связи. Уголки рта Родана были опущены, когда он продолжил:
«А теперь слушайте, мадам! Я…»
Булли решил, что его бывший командир сошел с ума. Родан занял такую позицию, словно он был властелином огромной звездной империи. Казалось, он забыл, что планета Земля в центре Млечного пути — это не более, чем песчинка в пустыне Гоби.
Булли был убежден, что это не сможет помочь.
15.
Если в рамках всемирного объединения будет создана специальная контрразведка, то в голову приходит мысль о том, что штаб-квартира подобной организации должна находиться в месте, легко досягаемом для представителей всех участвующих в ней наций.
В случае с МРС, Международной разведывательной службой, в качестве географически приемлемого места был выбран остров Гренландия. Гигантский Центральный штаб контрразведки НАТО был расположен глубоко под землей.
Шеф МРС, Аллан Д. Меркант, с удовольствием числился Председателем Общества защиты животных; во всяком случае, в это можно было безоговорочно поверить, видя его в непроходимых лесах Канады с сияющими от счастья глазами и с готовой к съемкам телекамерой. Меркант не очень-то любил охоту с ружьем. Это противоречило его принципам. Тем большее удивление вызывала его профессиональная деятельность. Злые языки утверждали, что шеф МРС больше ценил здоровье невинного животного, чем жизнь любого из своих агентов.
В данный момент невысокого роста мужчина стоял перед большим телеэкраном. Светящаяся эмблема в правом верхнем углу указывала на то, что съемочная камера находится в далекой Азии.
Конечно, это было более, чем странно, но примерно с месяц назад еще определенно волнующе. В настоящее же время даже присутствие офицеров восточных государств не казалось уже чем-то удивительным.
Четыре недели тому назад было просто немыслимо разрешить представителю Азиатской федерации или одному из представителей Восточного блока доступ в Гренландскую штаб-квартиру контрразведки.
Чтобы эта ошеломляющая картина была полной, Аллан Д. Меркант даже разослал личные приглашения. Вот так и случилось, что ранним утром этого дня два дельта-бомбардировщика Азиатской федерации и Восточного блока приземлились на ледяном посадочном поле штаб-квартиры.
Посетителей принял и приветствовал сам Аллан Д. Меркант. Тем не менее, этот неприметный человек был достаточно осторожен, чтобы доставить посторонних в одну из таинственных ледяных шахт штаб-квартиры посредством закрытой трубчатой подвесной дороги. Они не знали точно, где они находятся. Во всяком случае, они шли по очень большому, с хорошо поддерживаемой температурой, ярко освещенному залу, глядя на который нельзя было подумать, что над ним лежат почти три километра льда и скал.
Здесь размещался Центральный штаб Мерканта. Здесь сходились все нити западной контрразведки.
В больших, спрятанных громкоговорителях, казалось, бушевали вулканы. Шумовые записи китайских телевизионщиков были чуть ли не слишком громкими. Мощные телеобъективы приближали цель. Снова и снова глаза наблюдателей обжигало резкими вспышками. Адский грохот взрывающихся боеголовок смешивался с мощным гулом самого тяжелого управляемого наземного оружия, снаряды которого один за другим выпускались передвижными лафетами специальных машин. |
