Несмотря на будний день, на пляже было полно народу с ближайших окрестностей. Кто-то доехал на велосипеде, кто-то пришёл пешком, кто-то прикатил на мопеде. Было даже несколько городских семей – их машины, припаркованные чуть поодаль в тени деревьев, наполняли воздух мелодиями самых популярных летних шлягеров, транслирующихся по радио. Под звуки песен «Актриса» Валерия Меладзе, «Ясный мой свет» Татьяны Булановой, «Колдунья» Надежды Кадышевой и, конечно же, зарубежных хитов вроде «Макарены» от бодрых стариканов Los del Río и «Beautiful Life» от шведского квартета Ace of Base отдыхающие жгли костры, выпивали и закусывали, играли в волейбол и бадминтон, лениво загорали на песке, плавали в речной воде, удивительно тёплой для конца августа, или пытались рыбачить.

Нелька остановилась на вершине пологого склона, который вёл прямо к берегу, окинула взглядом открывающуюся внизу картинку и, довольно зажмурившись, потянула носом. Вокруг витало множество прекрасных и вкусных запахов: жареного на мангале мяса, дыма, воды, кувшинок, тины, рыбы и ракушек. И в этот момент счастье заполнило девочку всю, от пяток до макушки – она поняла, что ей ещё никогда в жизни не было так хорошо…

Мама тут же засуетилась и принялась расстилать на траве одеяло, решив расположиться для отдыха прямо здесь, а не на солнцепёке. Отец рассчитался с дядей Васей за дорогу и попросил забрать их обратно вечером. А Нелька всё стояла и стояла, нюхая воздух и любуясь видами вокруг, пока мама не позвала её на помощь – принести сумки с посудой и продуктами.

…Это был чудесный, уютный и очень счастливый день для семейства Литвиновых. И вроде бы, ничего особенного не происходило, но каждая мелочь, каждая деталь этого пикника врезалась в память всем троим так крепко, что вспоминалась до мельчайших нюансов даже спустя многие, многие годы.

Отец придумал гениальный в своей простоте способ сохранять питьевую воду холодной – он просто закопал бутылку в прибрежном песке, чтобы наружу торчало только горлышко, и речные волны омывали её со всех сторон, не давая нагреться на солнце. Его примеру тут же последовали остальные пляжники – берег моментально оказался утыкан бутылками с квасом, водой и даже пивом.

Папа немного стеснялся своего бледного, неспортивного, рыхлого тела и поэтому незаметно втягивал живот, когда шёл купаться. Мама же, напротив, за этот месяц на даче постройнела, похорошела и загорела – многие отдыхающие мужского пола окидывали её незаметными или откровенно восхищёнными взглядами. Что касается Нельки, то её не могли вытащить из воды – она плескалась до посиневших губ и клацающих зубов. Выманить девчонку на берег способен был только голод. Но даже жуя очередной бутерброд или кусок пирога, Нелька предпочитала находиться у самой кромки воды – она собирала пустые раковины от речных мидий, смывала с них песок с илом и любовалась перламутровыми переливами в створках. Живые же мидии внушали ей отвращение – она видела, как местные пацаны с помощью ножа забавы ради открывали ракушки, и густое, жёлтое, сопливое нечто внутри них вызывало у Нельки приступы реальной тошноты.

Впервые за долгое время она могла думать о Димке: без сожалений, смущения и боли. До этого Нелька упорно избегала мыслей о нём и о своём к нему чувстве. Нет, наивная восторженная влюблённость давно уже прошла: это стало ясно ещё с того злополучного Нового года у Аси, когда она впервые увидела Димку в неловкой, стыдной ситуации, жалким и униженным.