— Вас не устраивает проект большого, по-настоящему прибыльного предприятия, — закончила за него Кло, внимательно следя за тем, как массивные щеки Брэдли багровеют от гнева.

— Как ближайший родственник Анжелики, я могу потребовать медицинского освидетельствования ее психического состояния. Мне, разумеется, не хочется этого делать, но Анжелика нарушала законы, и я обязан проследить, чтобы она не причинила себе вред, если она невменяема. Уверен, что санаторий лучше, чем тюрьма.

Кло постаралась спрятать свой страх и гнев. Итак, Анжелика стала костью в борьбе за власть и выживание в городе… Как опытный специалист по запугиванию слабых, Брэдли лениво откинулся в кресле и нанес последний, сокрушительный удар:

— Есть еще старое ранчо Мэттьюзов. Владельцы хотят поскорее его продать и собираются, я слышал, обратиться за помощью к банку. Логично будет, если банк разобьет землю на небольшие участки и пустит их в аренду или в продажу по более низкой цене. Земля там хорошая, думаю, желающих будет много.

Кло заставила себя расслабиться. Она не имела права показывать, как ее потрясла такая возможность. Ведь если она будет упорствовать, ее братья лишатся даже мечты…

— Эта земля меня нисколько не интересует, мистер Брэдли. Вы можете хоть космодром на ней построить, — лучезарно улыбаясь, сказала Кло, вставая и кокетливо поправляя волосы.

— В самом деле? А я думал, что вы хотели, чтобы эта земля вернулась к вашей семье. Я уже даже приготовил для вас закладную на ранчо. Уверен, мы бы смогли договориться.

Майкл поднял топор и нанес сильный удар по толстому стволу сосны. Раздался треск. Ствол был старый, хорошо подсушенный и с трудом умещался на козлах в огромном сарае. Он сушился здесь очень давно и был как раз таким, чтобы кровать получилась крепкой и служила много десятилетий.

Майкл устал и злился на себя. Чего он ждал? Что Кло первой выбежит из «Пинто Бин» и бросится при всех ему на шею?

Он погладил гладкий ствол, который ждал здесь столько лет… Когда ему было двадцать два года, а Кло только исполнилось семнадцать, Майкл ушел в горы и нашел дерево для брачного ложа невесте. Вспоминая то время, он яростно работал топором, и робкие мечты о совместной жизни и ночах в этой постели постепенно оживали в душе.

Тогда он срубил сосну, намучившись с ветками, которые срезал ножом, подаренным ему отцом, и с трудом дотащил ее до ранчо. Уэйд, ни о чем не спрашивая, помог ему поднять тяжелый ствол на козлы в сарае.

Страдая от недосыпания и усталости, Майкл упрямо работал, чтобы заглушить тоску и гнев. И постепенно будущая кровать приобретала очертания. Он делал ее в стиле пионеров — без единого гвоздя, вытачивая отверстия и оставляя длинные штыри. Потный, измученный, Майкл издевался в душе над собственным желанием удивить и порадовать Кло. Если бы он был умнее, он бы оставил ее в покое, уехал отсюда подальше и постарался бы построить свою жизнь без нее!

К сожалению, утомительная работа не помогала избавиться от мрачных мыслей. Чего он ожидал? Что Кло запрыгнет в седло и ускачет с ним в горы?

Майкл вытер пот, отдохнул немного и соединил вместе все детали кровати. В выточенные отверстия идеально плотно вошли все штыри. Он установил деревянное днище и положил на него новый матрас, который подвез ему сегодня из магазина Гейб. Затейливая резьба на спинках была старомодной, но изящной. Незастеленная кровать стояла посреди сарая, дразня его воображение.

17

Анжелика поморщилась: она содрала лак с ногтя, подметая пол в их старом убежище. Уже темнело, у нее с непривычки ломило все тело. Безопасней всего она чувствовала себя именно здесь, в старом тайном убежище, вместе с Кло и Джози, с которыми ей было море по колено.