Джози грозила потеря унаследованного от отца маленького ранчо, где она тренировала лошадей. Но это было не самое худшее. Она могла потерять своего сына Коди: его пытался у нее отсудить бывший муж, Эдвард Ливингстон, который недавно вновь женился. Мотивируя свое требование тем, что ребенку лучше жить в полной семье, к тому же богатой, этот негодяй держал беднягу Джози в постоянном напряжении.

Анжелика улыбнулась. Уж Кло знает, как поддержать и утешить Джози. Сама она была не сильна в теплых семейных отношениях: для нее Стелла Мэттьюз была больше матерью, чем собственная, а Дэн и Гейб не шли ни в какое сравнение с ее слабаком — братцем Джеффри.

Анжелика чувствовала, как у нее внутри рождается злорадство. Вместе с Майклом Бирклоу, хладнокровным и опасным человеком, Дикие Ивы выходят на тропу войны!

Выйдя из кабинета, Анжелика отправилась в конференц-зал.

— Мисс Гилкрист, вам туда нельзя! — замахала на нее руками Максин Стефенс, секретарша отца.

— Отец хотел, чтобы я пришла на заседание, — объявила Анжелика, нажимая на бронзовую ручку солидной двери из ореха, и улыбнулась. — Знаю, вы слишком заняты, чтобы помнить о таких пустяках, и не скажу отцу, что вы забыли сообщить мне о начале заседания.

Она иногда доставляла себе такое удовольствие — разозлить членов Клуба и заслужить недовольство отца — и появлялась на заседаниях, игнорируя запрет на присутствие в Клубе женщин. Но все отношения здесь строились на силе, а поскольку Анжелика знала тайную жизнь всех членов Клуба, у нее были на руках все козыри, и она представляла для них реальную угрозу.

Войдя в зал, она обвела взглядом присутствующих и как-то отстраненно подумала, продолжает ли ее брат Джеффри избивать свою жену. Энн часто ходила, пряча за пудрой синяки и царапины. Анжелика посмотрела на Эдварда Ливингстона. Он пытался как-то изнасиловать ее на одной из фешенебельных вечеринок отца. Этот негодяй изменял Джози с первого дня семейной жизни.

Анжелика улыбнулась всем своей невозмутимой улыбкой. Она умела играть в их игры, а сознание того, что она может и отцу заткнуть рот, доставляло ей огромное удовольствие. Он мог скрывать свое пьянство, разврат и жажду власти от всех, кроме дочери, и это еще были пустяки по сравнению с другими грехами отца. Брэдли Гилкрист, глава могущественного клана, мог быстро окунуться в собственную грязь и утратить всякое влияние в Клубе, если бы стали известны некоторые тайные стороны его жизни.

— Джентльмены, есть новости, которые мне следовало бы знать? — лучезарно улыбаясь, спросила она и опустилась в кресло, наслаждаясь злобными взглядами присутствующих мужчин.

— Поля выглядят, как лоскутное одеяло, — сказала Кло, вылезая из джипа. «Как одеяло Мэттьюзов», — добавила она про себя.

Она ступила на землю, которой когда-то владела ее семья. С холма, на котором они стояли, открывался прекрасный вид на пастбища и ранчо. Холодный ветер как будто пытался остудить их волнение. Вершины Скалистых гор за их спинами покрывал снег, ниже тянулась полоса хвойных лесов и красных скал. Чуть к северу возвышался Хребет Бирклоу, там была земля Майкла. А выше на склоне холма лежал их отец…

— Ранчо выставлено на продажу, — негромко сказал Дэн. — Еще бы: две тысячи акров земли пустуют.