Дверь открылась, и в холле послышались тяжелые шаги. Майкл заглянул в кухню, держа в руках шляпу, с которой стекала на пол вода. Он стряхнул ее и небрежно бросил на полку рядом с дверью, однако, встретив возмущенный взгляд Кло, вернулся в холл и вытер ноги об жесткий коврик.

Его движения были неторопливыми, просчитанными и спокойными — даже чересчур. Мрачное лицо оставалось напряженным, как будто он сосредоточился на какой-то мысли. С длинных волос стекали капли на лицо и шею. Мокрая черная рубашка облепила широкие плечи и грудь; Майкл снял ее и аккуратно повесил на спинку стула. Мокрые смуглые плечи заблестели в ярком свете лампы. Майкл снял кухонное полотенце с крючка и вытер плечи и грудь, затем накинул полотенце на плечи и посмотрел на Кло.

— Не очень-то вежливо не открывать дверь. Твоей матери было бы стыдно за твои плохие манеры.

— Ты сломал наш замок! — процедила Кло сквозь зубы.

— Позвони шерифу, — мрачно усмехнулся Майкл.

Он швырнул полотенце на стол, продолжая смотреть на нее. Потом спокойно присел на стул, разулся и отбросил грязные, мокрые ботинки к двери. Поднявшись во весь рост, он сразу превратил кухню в маленькое, тесное помещение. Кло стало трудно дышать. Над ней возвышались широкие плечи Майкла. Она однажды в детстве видела горную пуму, когда отец брал ее с собой на охоту. Майкл своими движениями напомнил ей сейчас эту дикую кошку, безжалостную и хитрую. Взгляд темных глаз скользнул по ее голым ногам. Что-то горячее и нетерпеливое промелькнуло в его глазах, но голос остался ровным и безучастным.

— У тебя по-прежнему самые красивые ноги из всех, которые я видел, но твой макияж немного грубоват.

— Ты сломал наш замок! — повторила она в оцепенении, схватившись рукой за керамический горшок Дженни Мур.

— Ты сама виновата. А я решил заодно проверить, просто ли будет вас ограбить, и сразу убедился в том, что любой мог открыть ваш замок с помощью шпильки или кредитной карточки. Скажи Стелле, чтобы она поставила металлические двери и снабдила все входы в «Пинто Бин» крепкими железными засовами. Вам также нужна хорошая сигнализация. Я провел себе самую современную с дополнительным подключением к дому Лайма Маккензи на всякий случай.

Майкл говорил зло и явно по-настоящему сердился. Поразительно, сломал замок и еще возмущен, что это было так легко сделать!

— Где твоя мать? — резко спросил он.

Кло чувствовала, что ярость душила Майкла. Она не знала, что заставило его появиться здесь в грозу, но причина явно была не из приятных. В его глазах мелькнула первобытная жестокость и что-то еще, трудно уловимое.

— Моя мать пошла к Лайму — он попросил научить его готовить пасту и печь хлеб, — ответила Кло. — Думаю, тебе лучше поехать туда.

Упрямый взгляд Майкла не оставлял сомнений, что он никуда не уедет, пока не решит это сам. Он скрестил руки на груди и прислонился к стойке, уставившись бессмысленным взглядом на пол. Черты угловатого лица заострились, складки у рта стали глубже, он еще больше помрачнел и с трудом сглотнул.

— Черт побери! Я только что нашел мертвого Роя Мидоуларка в хлеву. Его забодал бык.

Кло схватилась за спинку стула. Она знала Роя всю жизнь.

— Роя? Бедного старого Роя, который всю жизнь работал у твоего отца?

Майкл резко отвернулся и шагнул к окну. Он стоял на фоне дождя, и его фигура казалась отлитой из серебра при вспышке молнии. Состояние Майкла потрясло Кло. Она не раз видела его в гневе, помнила его драку с Россом, но то, что с ним происходило сейчас, было ей незнакомо и пугало.

Майкл снял с полки бутылку бурбона, налил в бокал на два пальца и выпил.