«Выходя замуж, убедись, что мужчина останется при тебе, – сказала ей мать. – Нет ничего хуже, чем остаться без мужчины».

Дина прикинула, что ей было всего десять или одиннадцать, когда она услышала этот бесценный совет. В то время она считала мужчин чем то хорошим. Мать не пила так много, когда у нее был мужчина. Избиения были не такими частыми и жестокими. В доме было чище, а в холодильнике была еда.

Теперь она подумала, что к этому совету стоит прислушаться, но по другим причинам. Она не хотела менять свой образ жизни или больше работать. Не хотела никому объяснять, что, как и почему. Будь Колин проклят за то, что все перевернул с ног на голову!

Она подошла ко входной двери, отперла ее и перевернула табличку на «Открыто». В одиннадцать у нее урок скрапбукинга – можно пока сосредоточиться на нем. Но завтра вернется Колин, и Дина с ужасом ждала его приезда. Она не знала, что ему говорить и как себя вести. Дина попыталась забыть о гнетущей реальности, в которую превратилась ее жизнь, и подошла к куче рождественской пряжи, оставленной на одном из столов для рукоделия. Как только она выставит ее на продажу, покупатели сразу найдутся. Успех в работе сейчас был для нее особенно важен.

Через несколько минут входная дверь отворилась, и вошла Бостон.

– Привет! – крикнула она, увидев Дину. Ее взгляд упал на красно зеленую пряжу. – О нет. Уже? Еще даже лето не наступило.

– Я тоже об этом подумала, но вязальные проекты требуют времени.

– Знаю, но я пока не готова к таким подвигам.

Бостон была одета в длинную цветастую тунику поверх облегающих джинсов. Бесформенная рубашка ничуть не скрывала валик жира на талии. Ее лицо было округлым, почти одутловатым. Когда она проходила через луч солнца, в волосах вспыхнули яркие красные и пурпурные пряди.

Что, черт возьми, воображает о себе эта женщина? Дина задумалась. Она больше не подросток – ей следует перестать пытаться им выглядеть. Но Бостон всегда отличалась эксцентричностью. Это присуще художникам. Люди находят это очаровательным.

– У меня сбился весь распорядок, – с глубоким вздохом призналась Бостон, – но я не позволю этому мне докучать. – Она улыбнулась. – Мне нужны акриловые краски. Один из тех наборов, которые ты продаешь детям.

Акрил? Для Бостон? Большая часть ее художественных принадлежностей – это специальные заказы из Европы. Дина постоянно размещала интернет заявки в Италии и Франции, пытаясь разобраться в бланках на иностранных языках.

– Для чего?

Бостон повернулась и направилась к стеллажам с красками.

– Собираюсь расписать стены. – Она покачала головой. – Вернее, попытаюсь это сделать. В приемной Энди. Начну с нескольких набросков на бумаге, а потом протестирую некоторые цвета. Не знаю. Это большой проект, но, может быть, именно это мне и нужно.

Дина последовала за ней.

– Не пойму, о чем ты говоришь. Кто такая Энди?

Бостон остановилась перед маленькими баночками с яркими красками.

– Наша новая соседка.

Дина выругалась себе под нос.

– Я еще не была у нее.

Она смутно помнила фургоны, подъезжающие к ужасному дому по соседству, и звуки стройки, но не осознавала, что у нее появилась новая соседка.

Бостон потянулась за банкой с красной краской и посмотрела ее на просвет.

– Тебе предстоит со многим разобраться. Сейчас столько всего происходит.

Дина почувствовала, что щеки покрыл румянец.

– В каком смысле?

Бостон широко раскрыла глаза и растерянно посмотрела на нее.

– Я говорю о девочках. Все пятеро учатся в школе. Приближаются летние каникулы. Разве это не означает, что придется делать проекты в последнюю минуту? Колин так много путешествует, что тебе приходится справляться с большей частью дел самостоятельно.