|
Горечь.
— Нельзя запивать. Чуть позже. А кто не хочет, понятно, никто не хочет. Делов много, благодарности нет. Только косятся вслед. Учиться опять же надо десяток годков… не меньше. Мало желающих. В монастыри детишек силком забирают.
— Так можно обряд этот пройти?
— Отчего же нельзя, вот выздоровеешь… И пройдёшь. Может и братия с монастыря приедет ребят искать в школу.
— А вы можете провести? — не отцеплялся от знахарки парень.
— И я могу. Поправься сперва. Жар после раны, плохо это. Ты поправься сперва. Похороны завтра утром. Я чуть пораньше приду, а ты пока лежи и не вставай, пусть питьё усвоится. А после Варюшка придёт, попить тебе принесёт.
Бабка ушла. На этот раз в сон Коську не тянуло. Он потрогал себе лоб. Может и есть температура? Вообще, в висках давило, а рана на затылке чесалась и побаливала.
Чуть поудобнее устроившись и прикрыв глаза, Константин Иванович во второй раз задумался о будущем. Колдуном стать? А хочет ли он? В основном они лекарством занимаются. Хочет ли он стать лекарем? Врачом? Никогда не думал о такой карьере. Военным, и именно танкистом, хотел с детства стать, и стал. Потом, правда, пришлось Константину Ивановичу стать учителем в школе. Нравилось ли ему? Нет. Не так, чтобы отвращение вызывала эта работа, но… Работа и работа. С его здоровьем тогда, с плохо работающей левой рукой, особо другой работы и не найти было.
Но вот потом он стал сценаристом. И деньги появились и свобода. Не надо ехать утром по пробкам на работу. Копайся в огороде, выращивай плодовый сад, даже карпов кои разводи в выкопанном на даче пруду, и пару часов в день сиди за компьютером, сочиняй галиматью для дебилов. Все передачи про магов этих самозванных приходилось смотреть и, кроме того, смотреть похожие по каналам в Европе и Америке. Не сами же наши придумали. Всё, как всегда, украли у Запада.
Так просматривая зарубежные передачи, особенно из США, Константин Иванович с удовольствием констатировал, что у нас получилось лучше, а его сценарии точно лучше, чем у пиндосов.
Приезжая на передачи время от времени в Москву и знакомясь с новыми участниками, Константин Иванович тогда сожалел, что на самом деле это все просто шоу и никакими экстрасенсорными способностями эти люди не обладают. Это просто плохие актёры и аферисты в лучшем случае, а в худшем просто клинические идиоты — шизофреники. Попадались среди участников неплохие психологи и даже, чем чёрт не шутит, были люди с очень развитой интуицией. Но всё это не магия.
И вот теперь он может прикоснуться к этой магии. Пройти какой-то обряд. Явно не опасный, раз через него тысячи детей проходят ежегодно. А там!
А там работа лекарем? Не, лекарем становиться точно не хотелось. Сталкиваться ежедневно с болью людей с их не выдуманными, а настоящими проблемами. С ранами, с кровью и гноем. Со страданием и отчаянием. Нет. Не хотелось.
Глава 4
Событие девятое
На следующий день… на следующий день после похорон, Коська сидел перед обедом на лавке небольшой около дома дядьки кузнеца и расспрашивал сидящего рядом с соломинкой в зубах двоюродного братца — сына кузнеца Александра Коробова. Брат был совершенно не похож на Коську. Словно и не было в них общей крови. Тощий, высокий с яркими, как огонь, волосами Коська, как и все рыжие, был с очень светлой кожей. А двоюродный брат Иван был коренастым крепышом на голову ниже Коськи, хоть и старше был на полгода, волосы были каштановые у парня, и сам он был смуглым и от загара, и от постоянного общения с огнём. Ваньша уже год помогал отцу и меха качал, и молотом небольшим по нагретому металлу бил в паре с отцом.
Виновата в этой разнице была мать Коськи. Она была дочерью местного батюшки отца Прокопия, и всем в него пошла, тот тоже был высок, худ и рыж. Отец Коськи был на полголовы ниже жены, и он как раз походил на кузнеца и его сына. |