Мне становится как-то не по себе. Не то чтобы я не подозревала об этом.

— Точнее, невестой, — вносит он полную ясность.

Становится совсем-совсем не по себе.

— Как замечательно! Когда вы женитесь? — с неподдельным интересом спрашивает Эстер.

Хватаю свою бутылку и отхлебываю пиво.

— В декабре, — признается Алекс. Заставляю себя проглотить пиво. Чувствую на себе взгляд Бриджет, но сама сижу, впившись глазами в стол.

— Потрясающе! — приходит Лиза в восторг.

— Когда вы обручились? — наседает Эстер. Это невыносимо. Мы что, должны выслушивать все слезливые подробности?

— Пару месяцев назад, — сообщает он, беспокойно вертясь на месте. Он и сам не желает об этом разговаривать. Может быть, из-за того, что я здесь, а может, просто не любит афишировать подробности своей личной жизни. Когда мы встретились, именно такое впечатление у меня и создалось, но на самом деле я совсем его не знаю. Глупо думать иначе.

— Сыграем в игру на выпивку! — взрывается Бриджет, и все снова стенают. — Ну давайте, что ж вы скучные такие, тоже мне, боги юности! — Она подталкивает Расса, и он отодвигается, чтобы ее выпустить.

— Бронте, помоги мне принести рюмки.

— Я ничего такого не пью, — напоминаю я.

— Да-да, и что дальше? Пошли, все равно помоги мне.

Я утомленно возвожу глаза к потолку, но про себя благодарю ее за то, что она отвлекла меня и перенаправила мои мысли.

На следующее утро я рано просыпаюсь и выбираюсь из-под одеяла. Голова побаливает, несмотря на все усилия, которые я прилагала, чтобы не опьянеть, но, в принципе, жить можно. Как бы то ни было, состояние Бриджет решительно хуже.

— Привет, — шепчу я, просунув голову в дверь.

Из кровати доносится сдавленный стон.

— Я принесла тебе лекарства, — говорю ей, довольно улыбаясь.

Она осторожно принимает вертикальное положение, не выбираясь из постели, протягивает руку за водой и запивает несколько таблеток от головной боли.

— Ну почему? Почему ты не остановила меня, чтобы я не пила эту гадость?

— Что? Просто безобразие!

Она поджимает губы.

— Я собиралась тебе сказать, что твоя мама оставила по телефону для тебя сообщение.

— Что она сказала? — с опаской спрашиваю я.

— Она сказала, что просто хочет связаться с тобой. Хотела поздороваться.

Значит, ничего серьезного.

— Хорошего дня. Удачи во всем!

— Спасибо.

Она мне точно пригодится.

— Какие ощущения? — спрашивает Мария у невесты Сьюзи, накладывая тональный крем на ее бледное личико.

— Волнуюсь, — признается Сьюзи.

Да, я бы тоже нервничала, если бы вот-вот собиралась связать себя с другим человеком законными узами на всю оставшуюся жизнь. Впрочем, всегда есть такая штука, как развод, на тот случай, если все пошло не так.

— Это хороший знак, — приободряет ее Мария. — По-моему, волнение как раз и помогает полностью прочувствовать такое событие.

Она и вправду так считает? Что ж, что до меня — мои нервы просто на пределе. И я не уверена, что именно это торжество я хочу прочувствовать.

— С виду ты сияешь от счастья, — мягко говорит Рейчел, делая очередной снимок.

Я сижу в углу, просто наблюдая и стараясь не мешаться. Рейчел перемещается к свадебному платью, которое висит за дверью.

— Поправь, пожалуйста, занавески, свет станет мягче, — обращается она ко мне.