– За дуру – извини! За ведьму – пока повременю. Вдруг ты на самом деле ведьма?

– Уговорил! – хохотнула она. – Как я поняла, выводы сделаны, решения приняты?

– Да. Доставь нас в Шлёсс, а дальше постараюсь справиться своими силами. Поработаю сводником.

– Ты уверен в себе? Не сорвёшься? Пойми, что не просто так спрашиваю… Лично у меня с первого раза не получилось. Давно это было, но помню, как будто вчера.

– Ого! И чего ты натворила?!

– Когда-нибудь расскажу. Не сейчас.

Я не стал лезть с дальнейшими расспросами, а мысленно улыбнулся ей, окончательно давая понять, что за меня можно не беспокоиться. На кону стоят жизни близких людей, и экспериментировать, подставляя их, нет никакого желания.

***

Среди ночи раздался тихий стук в дверь.

– Егорыч! – выходя из гнетущей дрёмы, подумал Юрий и опрометью бросился открывать.

К его разочарованию, на пороге стояла Владетельная с сильно озабоченным выражением на лице.

– Впустишь? – угрюмо спросила она и прошла в комнатку, не дожидаясь ответа.

Юрий молчал и внимательно исподлобья наблюдал за Аггой, понимая, что её визит не из-за большой любви, а по делу.

– Значит так… – собравшись с мыслями, начала Хозяйка Нест. – Радости от твоей морды я не испытываю, но давай договоримся, что оставим личную неприязнь в стороне и поговорим как люди, ответственные за жизнь в замке.

– И с чего ты сегодня такая добрая?

– Я злая! Очень злая! Хотя в душе всё противится и наизнанку выворачивает от догадок Висельника, но головой думать ещё не разучилась. Неладное с нами, и не стоит упускать шанс разобраться с проблемой, пока она не размазала нас окончательно.

– Верно. Очень хочется понять. Никогда друг другу тварями не были, а сейчас…

– Значит, ты согласен, что надо к Викт-Орру в Шлёсс?

– Обеими руками!

– Замечательно. Ты согласен, я – тоже… Но Бейллу убедить будет тяжело. Мы тут с ней пообщались... Ей плевать на любого из нас! Она по доброй воле не пойдёт.

– Почему? Это же в её интересах?

– Нет. Это было бы в интересах той Бейллы, что была когда-то. Сейчас же она упивается своим презрением к миру. В ней совсем не осталось радости к жизни и любви. Даже ко мне… Не удивлюсь, если прирежет собственную мать во сне, посчитав, что так выгоднее.

– Я думал, что вы ладите.

– Из нас троих никто ни с кем не ладит! Не заметил, болван? Жрёшь своё вино и не видишь ничего вокруг!

Понимая, что опять “начинается”, Юрий усилием воли заставил себя промолчать на выпад, постаравшись оставить эмоции в дальнем углу.

– Вижу очень хорошо. Что предлагаешь? – как можно спокойнее спросил он.

– Бейлла привязана только к сыну. До какого-то нездорового состояния. Надо как-то убедить её поехать в Шлёсс, играя на этом. Что можешь посоветовать, Рука Спокойствия? Не волоком же тащить. Нам она не верит, и на все увещевания лишь замкнётся ещё больше.

Помолчав и подумав, как следует, над словами Агги, Юрий улыбнулся, напомнив себя прежнего, и, потирая руки, сказал:

– Это хорошо, что не верит! Есть план!

Долго эти двое совещались тёмной ночью, временно забыв о неприязни. Наконец, разошлись по своим комнатам, почти довольные друг другом.

....Утром все снова собрались у него в комнате. Егор внимательно посмотрел на помятые, невыспавшиеся лица своих друзей и бодро спросил:

– Все готовы к путешествию в Шлёсс?

– Я…

Начала первой Бейла, но тут же была перебита своей матерью:

– Готовы, Висельник! Все распоряжения на время своего отсутствия я дала. Думаю, что и Тень тоже.