– Да слышу, слышу, – пробурчала Ланка. – Что за манера у вас с Линнелем – то и дело поминать цвет моих волос?!

– Рыжие всегда страдают за свою необычность. Так что или терпи, или найди время и перекрасься во что-то менее заметное. Так, что я еще забыл? – во второй раз задумался мальчик. – Вроде бы ничего…

– До барьера-то мы как доберемся? – рискнул подать голос Артис.

Ник пожал плечами.

– Как и в прошлый раз – на грифонах, конечно.

– Я спрашивал насчет нас с отцом и Вильгельма. Вас-то, понятно, крылатые перенесут через пропасть. Но нам-то они наверняка помогать не станут… или же станут?

Он вопросительно покосился на мастера Миррта, но тот лишь хмуро кивнул.

– Я попробую с ними поговорить.

– Я-то по-любому туда дойду, – отмахнулся от него Вилли. – А вот вы… да, про вас я как-то не подумал. С другой стороны, без вас мне будет намного спокойнее, а то Нардис еще от гостеприимства Гнора не отошел, так что я бы предпочел сходить туда один.

– Обойдешься, – спокойно отозвался в ответ на завуалированное предложение нэл Нардис. – Вместе начинали и вместе закончим, так что даже не заикайся.

– Я, может, о тебе беспокоюсь.

– Может, и беспокоишься, – согласился с мальчиком вампир. – Но моего решения это не изменит. Мы идем с тобой, и точка.

– Ну во-от, до-ожил наконец до полноценных нянек, – с унылым видом протянул Вилли, хотя в глазах его блистали лукавые искорки. – Я же вас растил, кормил…

– Клыками обеспечил на пару с долгой жизнью, – в тон ему кивнул нэл Нардис. – Вот теперь и пожинай плоды своей порядочности. Я не говорил, что однажды ты пожалеешь?

Вестник скорчил гримасу, однако больше к этому вопросу возвращаться не стал. Вместо этого он ногтями поранил себе запястье и, стряхнув на землю несколько темно-красных капель, молча исчез в разверзшейся пространственной щели.

На этот раз мне удалось на мгновение подсмотреть, что там, внутри этого странного портала. И оказалось, что там была… пустота. Одна сплошная темень без единого лучика света, где Вилли, беззаботно насвистывая, тут же исчез, чтобы мгновением позже выйти у самого барьера и призывно махнуть нам рукой.

– Ну что вы застряли? До утра ждать, что ли, будете?

Мы спохватились, кинули Алозалю веревку, и тот на пару с Серым в три приема перенес сперва нас, потом мрона со Злюкой и наконец вампиров, насчет которых мрон сумел-таки договориться. Грифоны, правда, морщились, недовольно сопели, пока тащили через ущелье Нардиса с сыном, но все же донесли, не уронили и не поддались соблазну выпустить из клювов веревку.

– Так, теперь моя очередь, – пробормотал Вилли, подходя к барьеру вплотную. – Встаньте подальше, у края, а то мало ли…

Мы послушно отступили на максимально возможное расстояние, а мальчик тем временем еще раз полоснул себя по запястью и, обмакнув ладонь в выступившую кровь, осторожно приложил к барьеру.

Тот неожиданно содрогнулся, словно живое существо. Сперва подался было назад, но быстро вернулся, выгнувшись наружу и прильнув к окровавленной ладони мальчика. А затем пошел крупными волнами, на гребне одной из которых Вестник, изловчившись, двумя пальцами ухватил образовавшуюся складочку и бесцеремонно потянул на себя.

– Ага… так вот как ты, зараза, теперь открываешься! В прошлый раз достаточно было только руку протянуть, а потом ты мне веками голову морочил, пока до меня наконец не дошло!

Он тянул и тянул барьер, словно обычную тряпку, а как только тот истончился в достаточной мере, просто воткнул в самое тонкое место сомкнутые щепоткой пальцы, и те, к нашему удивлению, легко туда вошли, словно барьер – это и не ледяная стена вовсе, а нечто вроде патоки, которую Вилли каким-то образом сумел растопить.