– То есть больше мы не сможем призвать сюда свет? – недоверчиво переспросил Ник.

– Сможете. Но свет – не собачка, по первому зову не прибежит. Сила действия всегда равна силе противодействия, поэтому в свете для начала должна возникнуть необходимость. И только если она будет достаточно велика, те крохотные частички, что его даруют, снова проснутся.

– С другой стороны, это даже хорошо, иначе святоши тут же порезали бы вас на кусочки в попытке понять, как это работает, – пробормотал Артис.

– Отец Рион – мудрый человек, – не согласился с ним Вестник. – Но даже он скорее надеялся, чем знал, что у вас все получится. Как и любой человек, он подвержен некоторым… скажем так, заблуждениям, поэтому искренне верил, что призыв богинь – это некое механическое действие, которое перед использованием нужно отработать. Но порыв души не может быть втиснут в рамки обучения. Душу нельзя к этому принудить. Вы трое ценны именно этим – порывами души, которых не коснулись ни грязь, ни зависть, ни коварство и которые руководствуются не людскими законами, а тем, что в простонародье называют законами божьими.

– Иными словами, жрецов нам можно не опасаться, – заключил Ник. – Отличная новость. Еще бы с императором и эртом Доверо удалось как-нибудь договориться, чтобы на нас не ставили опыты…

Ларун усмехнулся.

– С этим я вам помогу. Да и ректор, несомненно, поучаствует.

– Думаешь, ему есть до нас какое-то дело?

– Двадцать три с половиной года назад он силой выбил у императора право забрать тебя на воспитание. Из-за этого едва не впал в немилость, но наплевал с высокой башни на монаршее недовольство, выставил ультиматум и сделал все по-своему. За что оказался облагодетельствован сразу тремя магическими контрактами на смерть и одной нешуточной сделкой, которая вынуждает его держаться от тебя подальше.

– Что еще за сделка? – еще сильнее нахмурился Линнель.

– Это уже у него спрашивай. На мне контрактов с императорским домом висит не меньше, чем на Виндоре, так что все, что мог, я вам уже поведал. А остальную информацию вам придется добывать своими силами.

– Ну и ладно, – фыркнула Ланка. – Добудем. За чем вообще дело стало? Вот сейчас вернемся в академию, засядем в библиотеке и ка-а-ак…

– Подождите… – вдруг прошелестел по храму едва слышный, тихий, как пение ветра, женский голос.

Мы дружно замерли. Вампиры, переменившись в лицах, торопливо закрутили головами. Вилли тоже как-то подозрительно дернулся. Ларун и вовсе схватился за меч. И только мастер Миррт остался совершенно невозмутимым, да и мы с ребятами уже сталкивались с этим явлением. Поэтому совершенно правильно опознали незваную гостью и, взглянув на одну из статуй, с почтением преклонили колено.

* * *

– Госпожа Раа… миледи Наа, – уважительно произнес Ник, когда в храме воцарилось благоговейное молчание.

Еще бы – светлейшие богини вдруг изволили лично нас навестить! Да где? В центре самой что ни на есть проклятой земли, в забытом храме, где только что побывал их темный собрат и где трое неумех вдруг нежданно-негаданно сумели пробудить в себе крохотную частицу их силы и тем самым во второй раз в жизни привлечь к себе их божественное внимание!

– Поднимись, мальчик, – прошелестел голос одной из богинь гораздо отчетливее. В храме резко посветлело, а от статуй в разные стороны брызнул белый, яркий, но не ослепительный свет.