Да, мне действительно это нравилось и не составило никакого труда поухаживать за спящим мроном, хотя со стороны, наверное, это и смотрелось странно. В какой-то момент я забылась и даже начала напевать под нос старую детскую песенку. А потом ощутила под пальцами едва уловимую вибрацию и пораженно застыла.

Нет, это что… он мурлыкает?! Правда?! Да еще и умудряется в такт мелодии попасть?!

Поначалу я была настолько шокирована этим открытием, что даже застыла, боясь поверить в происходящее. Мрон тоже замолчал, словно и не он только что мурчал наподобие большого сытого кота. Мне поначалу показалось, он это нарочно. И вообще, может, и не спит давно. Но потом я вспомнила – в этом могучем теле находится не только Адан Миррт, но и наша замечательная Злюка. И вот ей-то даже в сонном состоянии мурчать не возбранялось.

Успокоив себя таким образом, я закончила с чисткой, уборкой и, погладив напоследок страшноватую морду, тихонько шепнула химере на ухо:

– Выздоравливай поскорее, ладно?

Зверь в ответ проворчал что-то неразборчивое, после чего свернулся калачиком и, приткнувшись к моему боку, тихо засопел, словно ничего иного ему было не нужно.

Постояв рядом какое-то время и рассеянно погладив мягкую шерсть, я все же попрощалась и ушла, чувствуя, как намокла куртка и как чавкает в сапогах набившийся внутрь, но уже успевший подтаять снег. Бабуля, если увидит, за такие вещи ого-го какой нагоняй могла дать, поэтому я не стала искушать судьбу – действительно вернулась в дом, умылась и сменила одежду. А когда спустилась вниз и, застав всю троицу за обеденным столом, встретила их вопрошающие взгляды, сразу поняла: вот смерть-то моя и пришла. Теперь бабуля ни за что не отцепится – слишком уж многое я успела ей показать.

– Ладно уж, садись, – буркнула нэла Оли, когда я нерешительно замерла на пороге. – На твое счастье, Вильгельм уже ввел меня в курс дела. Вместе с этим твоим, новым другом.

Причем слово «друг» она выделила отдельно, при этом выразительно покосившись на зависшего под потолком призрака.

– Ругать уже не буду, – тем временем продолжила бабуля. – Вернее, буду, но не очень сильно.

«И на том спасибо», – мельком подумала я, присаживаясь на лавку рядом с Аной. Та выглядела несколько пришибленной. Видимо, бабулин непререкаемый авторитет и на нее успел произвести неизгладимое впечатление. С дедом-то девчонка вон как спорила. Только искры летели. А тут даже глаза лишний раз от стола поднять не осмеливалась.

– Тебе необязательно выходить за него замуж, – без всяких предисловий начала бабуля, едва я решила, что буря миновала. – Пара – это еще не семья, а так, зачаток. Если мрон тебе не люб, всегда можешь отказаться.

«Как сделала ты?» – чуть не брякнула вслух я, но вовремя прикусила язык.

– Ниэль…

– Бабуль, я все знаю, – умоляюще взглянула я на нэлу Оли. – Честное слово, меня уже просветили по этому поводу, и мы не собираемся никуда спешить. Да и глупостей делать тоже не будем. Я только сегодня узнала, что он – моя пара, и вообще пока не готова к отношениям, какими бы замечательными они ни были.

– Вот и правильно, – неожиданно успокоилась бабушка. – Узнайте сперва друг друга как следует, познакомьтесь, пообщайтесь. Душевная близость, она ведь не просто так дается и порой значит не меньше физической. Ну а если уж вы характерами не сойдетесь, то еще не поздно отыграть все назад.

Я нерешительно на нее посмотрела.

– То есть в принципе ты… не против?

– Оборотня вдали от его пары может удержать только смерть, – буркнула бабуля, снова нахмуриваясь.