— Я требую уважения, хвостатая! — пропищало это недоразумение. — Иначе все хранители очагов в этом городе узнают, что вы замышляете!

Лиса сразу как-то поскучнела и даже погасила огонь в своей ладони. Хмуро взглянула на жаба в халате и пробормотала:

— Чего конкретно ты хочешь?

— Для начала уважительного обращения!

— Ты что, договариваться с ним собралась? — удивился я. — Только что же, хотела его дом по бревнышку спалить?

— Паскудник знает, чем угрожать! — прошипела оборотень. — Убить я его не смогу, а он растрепать всем домашним хранителям о нашем плане может.

— И что? Нам чем-то опасен этот заговор мелких духов?

— Среди сотен найдется один, который живет в доме мистика, монаха или Заклинателя. Как думаешь, есть такие в городе? И что они станут делать, если узнают о готовящемся покушении на гуна Чэна? Сейчас евнух Цзы о нас не знает… возможно. То, что я приняла за слежку, было подслушиванием этого паршивца. А когда узнает?

Черт! Об этом я как-то не подумал. Потому что просто не знал о домовых, которые у местных настолько подлые существа.

— Я жду!

Понимая, что победил, Цзао-ван стоял со спесивым выражением на жабьей морде. Сейчас он так походил на чиновника — причем не китайского, а на международного и вневременного — что я даже глаза потер от недоверия. Да нет же, точно! Вот аура власти в конкретном положении, жадность в глазах и на губах эта улыбочка вседозволенности с ноткой глумливого веселья.

И ведь, если Лиса права — а она права, кто из нас специалист по метафизическим сущностям Китая, в конце концов? — нам придется договариваться. Точнее, мне придется договариваться.

— Почтенный Цзао-ван… — начал я, но маленькая четырехпалая лапка прервала меня властным взмахом.

— Нет! Не ты, человек! Пусть она!

И вторая жабья лапка указала на Лисицу.

Я закатил глаза. Если сейчас горделивая Вольная полезет в бутылку, придется придумывать еще и как божка очага убить. Вот не хватало же нам проблем!

Но девушка удивительно спокойно поклонилась как младшая старшему и почтительным голосом произнесла:

— Лисица Ноу Ниу приносит свои извинения господину Цзао-вану за свое неподобающее поведение. Лисица Ноу Ниу спрашивает почтенного господина Цзао-вана, как она может искупить свою вину?

На жабьей морде расцвело выражение удовлетворения. Будто сразу тарелку комаров заглотил, упырь! Если у любого чиновника на ряхе появляется такая улыбка — быть беде. Она значит, что сумма взятки только что выросла в пару раз.

Глава 82. Желтый баран

— Желтый баран?

Когда домовой озвучил свои требования, я, честно говоря, растерялся. Ждал чего-то вроде денег (фиг его знает, зачем они могут понадобиться божеству очага — китаец же!), крови девственниц, артефактов, то есть небесных реликвий, килограмма ци, если уж на то пошло. Но барана? Тем более желтого? Нет, такого я и представить не мог.

Может быть, он имел в виду золотого? Типа как в греческих мифах — золотое руно, Колхида и тэдэ?

— Почтенный Цзао-ван, — осторожно, чтобы не разозлить мелочного божка, спросил я. — А что это за штука, желтый баран, и где его можно купить?

Бред, конечно! Напоминает квест из онлайн-игр, причем из начальных локаций. «Путешественник, так как ты избран всеми богами, и я вижу в тебе задатки настоящего героя, не принесешь ли мне десять клыков полевой мыши?»

— Да где тут его купить?! — искренне посетовал домовой. — Они же на юге не водятся, только на севере, в степях хунну. Это такая животина рогатая, вроде оленя, но размером с козу, с шерсткой желтой и сверкающей, а мясом сладким, как мед! Если приготовить его с плодами драконьего дерева и острым перцем, можно язык проглотить! Ах, это чудесный зверь — желтый баран!

Описывая этот гастрономический восторг, Цзао-ван натурально пускал слюну.