Шаг за шагом, квартал за кварталом, по щиколотку в крови, мои солдаты шли к центру. Где-то вставали колом, не в силах преодолеть пробку из беспорядочно нагроможденных повозок, защищаемых полусотней куайцзинцев. Такие заторы бы пушечным залпом пробивать, да только не было еще в Китае пушек. Может, и к лучшему.

В других местах продвижение шло бодрее. Там, где атаку возглавлял мой побратим, так и вовсе, считай, сопротивления не было. Богатырь пробивался сквозь ряды местных, как раскаленный докрасна клинок сквозь ледяную плиту — медленно, но неотвратимо. Широкие взмахи его алебарды выкашивали врагов, заставляя выживших отступать, а то и бежать в ужасе. Следом за ним шагали лазурные драконы, расширявшие проход.

Лучники под руководством Юльки заняли стены и теперь без остановки лупили в сторону центра, где как раз концентрировались последние защитники города. Особого урона они нанести не могли, но заставляли осажденных держаться ближе к стенам и не лезть на открытые пространства.

В какой-то момент, наблюдая за особо ожесточенной рубкой в квартале от центральной площади и дворца наместника, я почувствовал, что кто-то схватил меня за руку и тянет куда-то вверх. Будто мое тело тонуло, а некий спасатель тянул его на поверхность.

Вернувшись в него, я обнаружил, что почти сполз с коня, и не упал на землю лишь потому, что ординарец изо всех сил вцепился в рукав халата и, закусив от напряжения губу, держал. Рывком, который стоил мне пятен перед глазами, я вернул себя в вертикальное положение.

— Думаю, дальнейшее наблюдение будет лучше продолжить с земли, — произнес я, поразившись тому, насколько хрипло и безжизненно звучит мой голос.

Ванек тут же запел про необходимость беречь себя, разумно расходовать ци, но я отмахнулся от его кудахтанья. Да мы только потому и несем сейчас более-менее приемлемые потери, что я своевременно нахожу точки напряжения и перераспределяю усилия! Здесь защитников обойти, в спину ударить, а не гробить людей в попытках пробиться в лобовую. Там отвести воинов, чтобы лучники по площадям отработали. Притормозить Быка, чтобы он не оторвался от воинов поддержки. Перенаправить Пирата с двумя сотнями конницы, заблудившегося в хитросплетениях улочек. Дать знать Амазонке, что она ведет своих верховых арбалетчиков прямо в ловушку.

— Попону на землю, — приказал я ему.

Тот, продолжая ворчать, вместе с парочкой телохранителей быстренько оборудовал место для пикника, только корзинки с сэндвичами и зонта от солнца не хватало. Я улегся на пахнувшие лошадиным потом покрывала, подложил под голову свернутый халат, который протянул мне ординарец, и сказал, закрывая глаза:

— Ван Дин. Каждую минуту ты должен бить меня по щекам. Чтобы я не отключился. — Тот попытался спорить, но я подмигнул ему и закрыл глаза. — Зубы только не выбей, ладно?

Сражение за Куайцзи длилось уже четвертый час. Вымотались все: и мои воины, и защитники города. Однако предстоял еще один акт этой трагедии — бой за центральную площадь и дворец наместника. На подступах к нему местные собрали все, что у них осталось: и выживших в боях до этого, и свежие силы, которые до последнего держали в резерве.

«Тигр Луне. Три залпа по центру площади».

«Луна Тигру. У лучников не осталось стрел, арбалетчики почти пустые. Я отправила людей за боеприпасами, но их тоже осталось мало. Мы можем дать один, много — два залпа».

«Тигр Луне. Делай».

Со стен, окружающих город, поднялась черная туча, устремившаяся к дворцу наместника. Защитники, приготовившиеся отражать натиск подобравшейся пехоты Вэнь, попали под ливень стрел и, понеся потери, откатились под стены и крыши.

«Луна всем. Колчаны пустые».

«Принято. Тигр всем — вперед».

Глава 54. Хоу готовится к информационной войне

Пиррова победа.