— Давайте так, лорд-канцлер, — миролюбиво сказал я. — Я отказываюсь от своей доли из золота и артефактов, найденных в замке. А вместо них забираю один этот артефакт — чрезвычайно ценный для меня, — и я показал на Мириэль. — Так будет справедливо?

Возможно, я продешевил; я и сам чувствовал, и Мишель мне потом сказал, что в тот момент можно было и поторговаться. Но бывают в жизни эпизоды, когда торг неуместен. И пусть лицо моей эльфийки в этот момент ничего не выражало, я чувствовал, что эту сцену затягивать нельзя. Еще чуть-чуть, и Мириэль сломается — в очередной раз. Один Творец знает, сколько раз она ломалась внутри за эти годы!

— Да, барон Вяз, — кивнул Лорд-канцлер, как мне показалось, с облегчением. — Так будет справедливо.

И вот так после победы над Темным Властелином я оказался, считай, с голым задом! Ну, почти. С титулом, с бросовым баронством на окраине королевских земель, с двумя сотнями золотых, не считая пары десятков от предыдущих заработков, — и пятью женами, включая темную эльфийку под заклятьем подчинения, завязанным на меня лично. Не зря скатался, что называется.

А теперь подробнее о том, как так вышло…

* * *

— Теперь ты моя жена!

Зеленые волокна заклятья, сковывающего волю Мириэль, рассыпались, оставив вместо себя белую паутину. Причем эти белые нити опутывали не только эльфийку, но и меня: после того, как я отодрал зеленую дрянь с ее тела, они зацепились за мои руки. И за грудь — там, где сердце.

Лицо эльфийки дрогнуло. Она пораженно уставилась на меня, приоткрыв рот.

— Что ты сделал⁈

— В частности — понятия не имею, — честно сказал я.

Затем поднялся, взмахнул Ханной — и разнес нахрен цепи, на которых висела Мириэль.

— А в целом — взял тебя в жены, — закончил я.

Цепи со звоном осыпались на каменный пол, и вместе с ними иллюзорное пространство темницы тоже растаяло.

Мы по-прежнему стояли перед белым шатром командирши орочьего отряда, вокруг по-прежнему пылали факелы, доносились звуки боя. На Мириэль — реальной, а не иллюзорной, не такой истощенной, в черном мундире, гладко причесанной, с плотным макияжем на лице — все еще висело даже несколько крысиных скелетиков, которые она не смогла так сразу стряхнуть магией. В правой руке она все еще сжимала свою рапиру, в левой — рукоять Ханны, а я держался за лезвие. Ладони мои тут же взвыли дикой болью (пальцы и ладони — вообще самое болезненное, тьфу, как я терпеть не могу эти травмы!), я увидел кровь. Впервые Ханна меня поранила! Магия эльфийки и в самом деле сумела подавить магию Рагны, которая давала Ханне власть над чужими телами.

— Андрей! — да, вот как раз Рагна кричит. — Пригнись!

Похоже, я загораживал ей линию огня.

— Рагна, стой!

— Не бей ее! — это мы с Ханной крикнули одновременно.

— Вообще всем опустить оружие! — рявкнул я.

К моему удивлению, Мириэль меня послушалась — и как! Обе ее руки, и правая и левая, разжались. Рапира полетела на землю, Ханна тоже упала бы — но я все еще держал ее за лезвие, и не дал коснуться земли. К счастью, теперь она не резала мои пальцы, ее лезвие вообще не ощущалось острым — как и всегда.

Я обернулся к Рагне. Некромантша стояла позади нас, приготовив какое-то боевое заклятье — кисти ее рук в черных перчатках светились зеленым огнем.

— Андрей? — пораженно спросила она. — Что у вас?..

— Рей взял ее в жены именем богини Любви, все хорошо, — сказала Ханна. — Она была под заклятьем, представляешь? Под заклятьем подчинения — эльфийка! А я ж забыла совсем, что их нельзя так заколдовать, иначе не придумала бы этот план!

— Эльфов нельзя заколдовать на подчинение? — недоверчиво спросила Рагна.