Отдельно расположились лучники в легких кольчугах необычного зеленого цвета, высоких шлемах без забрал, с белыми плюмажами. Их было немногим более полутора сотен, но другие солдаты поглядывали на стрелков с восхищением и надеждой. Нечасто случалось, чтобы эльфы вместе с людьми сражались плечом к плечу, а уж чтобы лесной народ выставил в поле столь многочисленный отряд — такое можно было найти только в старых летописях. Каждый, кому хоть раз приходилось видеть умение эльфов обращаться с луком, прекрасно понимал — сплошной дождь белооперенных стрел может заставить захлебнуться и атаку латной кавалерии.

И, конечно, среди имперской армии были маги. Все, что могла дать школа Сан — от учеников, едва обученных сплести простейшее заклинание фаербола, до умудренных годами магистров, все глубины мастерства которых были известны, пожалуй, лишь им самим. Почти полторы сотни волшебников, большую часть которых составляли маги Пламенного ордена, не раз за свое существование доказавшего право называться боевым кланом. Да еще столько же целителей из ордена Сердобольных, чьи заклинания могли, по слухам, вернуть человека даже из ледяных пещер Чара.

Впрочем, хотя герцог Фирус и был уверен, что собранные силы достаточны, чтобы справиться с любым противником, многие из его подчиненных такого оптимизма не разделяли. История о том, как армия графа Древлина была в буквальном смысле слова сметена полками Теи де Блед, еще не выветрилась из умов. Подавались голоса и за то, чтобы отступить к древним твердыням, самой неприступной из которых считался построенный гномами дворец императора — могучее сооружение, опоясанное каменной стеной высотой двадцать с лишним локтей, с многочисленными бойницами, откуда арбалетчики, почти не рискуя, могли бить наступающих в упор. В этом был определенный смысл, ибо цитадель, возведенная в излюбленной гномами «трехрядной» манере, со времени своей постройки еще ни разу не была взята штурмом.

И все же герцог решил дать бой на открытой местности. Весь его военный опыт говорил о том, что войны не выигрываются сидением в крепостях. Только в поле можно было в полной мере использовать силу латной кавалерии, силу несокрушимого короба щитоносной пехоты… и боевые заклятия магов.

Маршал, как диктовала традиция, находился на холме в окружении своих телохранителей, многочисленных вестовых и лордов, променявших свое место в рядах солдат на относительную безопасность этого наблюдательного пункта. Прижав к глазу дальнозорную трубу, одно из последних изобретений магов, он внимательно изучал врага.

А враг был здесь. И силы, приведенные некромантом на южный берег Свиязи, впечатляли. Пусть по-прежнему большую часть армии мятежной герцогини… или, что точнее, мятежного некроманта составляли плохо вооруженные смерды, эта толпа, стоящая под голубыми с серебром знаменами, превосходила имперскую армию более чем втрое. И отряды продолжали прибывать, постепенно вселяя страх в малодушных.

Пожалуй, уже больше двух сотен лет на одном поле не собирались столь внушительные силы. Среди мятежников зомби было немного — полторы-две тысячи. Основной удар теперь должны были нанести зачарованные, и Берг с удивлением обнаружил, что… устал. Последний раз, когда ему пришлось всего за какой-то час обратить чуть не пять тысяч согнанных со всей округи жителей, он вымотался так, что всерьез пожалел о навсегда ушедшей способности спать. И при этом он, с радостью, никак не отражающейся на лице, чувствовал, что Сила его продолжает расти. В прошлом остались пристальные взгляды в глаза очередному зачарованному — теперь он мог обращать людей десятками, и делал это куда быстрее, чем всего несколько недель назад во дворе Блед-холла.

После того как войска Древлина прекратили свое существование, частично пополнив ряды зачарованных, частично — ряды зомби, серьезного сопротивления отрядам герцогини не оказывалось.