|
Но я-то разбирался в таких пристальных взглядах и ответил ей тем же. Она смягчилась.
— Я полагаю, что вы сделаете... все, на что можно рассчитывать.
Подразумевалось, что на многое она и не рассчитывает. И я обнаружил, что мне это не нравится.
— Подождите-ка минутку, — произнес я не очень уверенно.
— Зачем? — спросила она. Ее лицо стало холодным и презрительным. — Вы сделали достаточно. Так тому и быть. Все.
Я не смог стерпеть эту холодность.
— Хорошо, я повидаюсь со Стюартом.
Серо-зеленые глаза сделались теплыми и ласковыми.
— В самом деле? — спросила она с волнением в голосе. «Болван ты, Фрэзер», — подумал я. Но было слишком поздно.
— Я скажу ему, что, если он не объяснит, из-за чего он не поладил с Джимми Салливаном, я выдвину против него от имени Эвана обвинение в нападении.
— Эвана? — переспросила она, нахмурившись. — О чем вы говорите?
А я как раз и не собирался об этом говорить.
— Где можно найти Стюарта?
— Сейчас суббота, — сказала она. — Он должен быть там, у цистерн. — Она снова нахмурилась. — Но вы уверены, что это нужно? Он ведь в самом деле опасный тип.
— Посмотрим, — сказал я.
Я своими глазами видел тот короткий, жестокий и внезапный удар кулака, сбросивший Эвана в рыбий садок. Она улыбнулась очень доброй улыбкой и слегка коснулась моей руки кончиками пальцев. Я позволил себе ответить на вызов, прежде чем обдумать его. Она вертела мной как хотела, я позволил ей это делать. Хотя Проспер меня предупреждал: «Ты можешь растерять свои преимущества».
Но это было только одно из объяснений случившегося. Другое заключалось в моей уверенности, что, прожив здесь много лет, она оставалась одинокой.
И последнее объяснение нравилось мне куда больше.
* * *
Легкий ветерок налетел на залив со стороны материка, силы в нем было два-три балла, и он лишь чуть-чуть пускал рябь по плоскому зеркалу воды. Я поставил на фок-мачте все три стакселя. Ветерок с мягким хлопком наполнил их. «Дельфин» скользил от причала с радующим меня ускорением. Великолепное судно ничуть не утратило своих качеств.
— Как быстро! — сказала Фиона.
Ветерок трепал ее темные волосы. Она выглядела задумчивой и взволнованной. Я передал ей штурвал, переместился вдоль борта и стал поднимать главный парус. «Дельфин» накренился, пузырьки в кильватере тоненько зашипели. Фиона засмеялась с искренним удовольствием.
— Что это за посудина? — спросила она.
— СППК, — ответил я. — Сверхлегкий перемещающийся парусный катер. Может идти на парусах над водой, а не только по ней.
— Замечательно, — сказала Фиона.
Выступающие над морем утесы стремительно приближались к нам. Восемь узлов скорости показывали приборы и еще четыре добавляло течение. Мы вылетели из теснин и увидели «Флору». Траулер медленно двигался в направлении виднеющегося вдали Хорнгэйта. Из-под бушприта «Флоры» расходились тонкие белые усики. Мы проскочили мимо нее в один миг, словно она стояла на месте. Фиона повернула нос «Дельфина» на северо-запад, и ветер задул нам в бок. Я выровнял судно, поигрывая мощными тросами лебедок, пока паруса не потеряли силу и кильватер не заструился белой водой из-под транцев с мощным шипением, характерным для высокой скорости.
Далеко не каждый может заставить «Дельфина» идти таким вот образом.
— Вы это делали и раньше, — сказал я.
Фиона перевесилась через штурвал, вглядываясь в какую-то точку в северной оконечности бухты. |