— Салли, Салли, ты напрасно питаешь надежды.

— Питаю надежды?

— На то, что тебе придут на помощь. — Старкс снова невесело улыбнулся. — Поверь мне, у полиции округа Меррит есть сегодня куда более важные дела, чем малышка, которая ни для кого ничего не значит, — ты, Салли.

Нижняя губа девушки задрожала. Старкс провел по ней подушечкой большого пальца. Девушка инстинктивно вздрогнула от его прикосновения.

— Прекрати! — Он сильнее прижал палец к губе Салли.

Несмотря на то, что парадом сегодня командовал он, Старкса раздражало неприятие Салли Бакленд. Да как она смеет морщиться, когда он прикасается к ней?

Теперь власть в его руках! И Салли сразу поняла это, когда вошла в дом с пакетом продуктов из супермаркета. Увидев на своей кухне Орена Старкса, Салли издала сдавленный крик и уронила сумку, о которую чуть не споткнулась, пытаясь убежать.

Но Орену ничего не стоило схватить ее. Чтобы успокоить Салли, он сказал, что не причинит ей зла. Но девушка, разумеется, уже слышала о том, что произошло в Меррите, и прекрасно понимала перспективы его вторжения в свое жилище. Она отчаянно сопротивлялась до тех пор, пока Старкс не приставил дуло револьвера к ее виску. Это сделало ее куда более склонной к сотрудничеству, хотя она никак не хотела заткнуться и все продолжала спрашивать, что ему от нее надо.

Орен объяснил, что им предстоит ждать, пока какой-нибудь офицер полиции не позвонит или не появится под дверью с расспросами о нем. В ожидании неизбежного Орен подробно проконсультировал Салли, как отвечать на вопросы, которые ей будут задавать.

Старкс обещал, что, если Салли все сделает правильно, она останется в живых. Если же нет, он выстрелом разнесет ей череп. Очевидно, Салли поверила, потому что она отвечала на вопросы помощника шерифа так, словно читала по бумажке, написанной Ореном.

Но теперь, когда разговор с полицейским состоялся, она, казалось, стала бояться Старкса еще больше. Может быть, потому, что вопросы помощника шерифа напомнили мерзавке, как ужасно она обращалась с Ореном в прошлом? Старкс криво усмехнулся. Она отвергла его симпатию и, добавив к нанесенной ему душевной ране оскорбление, немало поспособствовала его увольнению с работы, которую он любил и для которой был создан.

Неудивительно, что теперь эта дрянь дрожит от страха.

Старкс снова провел дулом револьвера по ее виску, напоминая Салли, в чьих руках находится теперь ее судьба.

— Что еще ты хочешь, чтобы я сделала, Орен?

— Не припомню, чтобы ты так заикалась раньше, Салли. Ты совершенно точно не заикалась, когда отвергала мои многочисленные приглашения на ужин. И когда вернула розы, которые я подарил тебе на День святого Валентина. И ты говорила очень внятно, когда рассказывала нашим коллегам, что тебе противно находиться со мной в одном помещении.

— Я никогда…

Старкс сильно ударил ее револьвером в висок. Вскрик боли и ужаса доставил ему куда больше удовольствия, чем невнятное покорное бормотание.

— Не усугубляй жестокость враньем о том, как ты отвергла меня, Салли. Не оскорбляй мой интеллект.

Теперь Салли плакала всерьез. Ее лицо, всегда казавшееся Старксу хорошеньким, выглядело сейчас уродливым, оно были перекошено болью и ужасом, у девушки текло из носа, а по щекам катились крупные слезы.

— Пожалуйста, Орен…

— Что — пожалуйста, Салли? — с притворной мягкостью спросил он.

— Пожалуйста, не делай мне больно.

— Но ты сделала больно мне. Ты разрушила мою жизнь. И личную, и профессиональную.

— Я никогда не хотела… сделать тебе больно. — На последних словах голос ее дрогнул.