— Так ты из пугливых или не из пугливых? Вроде же только что визжала, когда над стеной поднял.

— Так это высота. Меня папка в детстве тоже поднял, когда маленькая была, теперь высоты боюсь. А тут другое! Приключение!

— Давайте тише, господа, — попросил Окихито. — Хоть я и понимаю, что мы под защитой — мне некомфортно.

Мы миновали один перекрёсток со стрельцами. Миновали чей-то дом, окружённый десятком вооружённых громил гмоннийской и четырёхрукой национальности, затем — ещё один перекрёсток. Впереди показалась уже знакомая площадь с кособоким зданием комендатуры. Только вот теперь его охраняло куда больше живой силы, чем в период моего первого посещения, а шипы, защищающие от прохода ездовых животных, разложены были теперь ещё задолго до перекрёстка.

— Мда, этого следовало ожидать, — Окихито притормозил Гиннунгагапа перед первым рядом шипов. — Не подсобите, господа волшебники?

— Ты хочешь прямо на ламе туда?

— Ага. Мне нельзя его оставлять одного.

— Зачем попёрся тогда с ним… Мда. [Селект, Деплой леветейшн, давай, чо!] — скомандовал я, и мы, приподнявшись на тротуаром, медленно поплыли над рядами колючек.

Приземлились прямо перед входом в участок, между двумя громилами-скра в белых робах. Один из них подозрительно повёл носом, и я напрягся — точно ли всё в порядке с Амулетом Ийю? Поймал её взгляд, она кивнула. Ждать пришлось недолго — через пару секунд дверь хлопнула, из неё вышел стрелец, машинально обошедший нас по касательной.

Я махнул головой, и мы вошли внутрь. Народа в коридоре было достаточно много, и он был достаточно узкий, чтобы нормально разминуться в нем — тем более, когда идешь втроем, да еще и с ламой. Я зашагал впереди, обернулся, прошептал подельникам:

— Так, поворот налево, затем дверь прямо.

У меня сразу закралось сомнение, что отвлекающий Алгоритм сработает на таком коротком расстоянии, и спустя пару секунд опасение мое подтвердилось.

«Хорошая мысля приходит опосля», подумалось мне. Зачем было тащиться внутрь, если можно было проделать все удалённо, из засады? Увы, уже подходил к концу первый месяц моего пребывания здесь, а я все ещё иногда забывал о наличии у меня Способности, продолжая мыслить и действовать, как простой человек.

Первый же проходящий мимо стрелец в тридцати сантиметрах от моего носа странно замотал головой, потом испуганно вытаращился на нас, открыл рот, уже готовый закричать. Окихито метнулся к нему, ударил ребром ладони по шее, сделал подсечку — стрелец упал. Ийю всё же испугалась — вжалась в угол за моей спиной. Сначала я подумал, что это от сцены короткой драки, но она растерянно посмотрела на амулет, подняла глаза и сказала:

— Не работает… Кончился.

— Твою ж налево!

Казалось, работники правопорядка оккупационных сил выскочили из-за каждой двери. В следующую секунду на нас оказались наставлены полдюжины стволов и пара мощных пик.

— Не с места! Вы арестованы!

— Гиннунгагап, синг он!

Белоснежная лама издала громкий немелодичный крик, почему-то особенно мощно надавивший на уши.

В следующий миг я на пару секунд потерял сознание.

Глаза открылись медленно, голова гудела, как с бодуна. Встал с пола, растер ушибленное плечо. Все в коридоре, включая Ийю, лежали на полу, я подошёл, потряс за плечо — безрезультатно. Гмоннийцы, валявшиеся рядом, храпели разными голосами, и я понял, что меня кто-то усыпил.

Повспоминал, что можно сделать и как быстро вылечить — в голову ничего не лезло, и, по ощущениям, силы Способности, и без того ещё не успевшие восстановиться, сейчас снова были на нуле. Огляделся, шагнул за поворот коридора — там стоял Гиннунгагап и гремел уже где-то выловленными ключами Окихито.