Кэролайн посмотрела на Джереми, тот вздёрнул брови.

— Так ведь… это вовсе не секрет! — сказал он по-русски. — Я общался с Халибом, он мне всё рассказал. Сказал… что вы проснулись около месяца назад, что состоялась битва с другим спящим реликтом, и что пришло решение от первых — восстанавливать третий Дворец. Мы подумали… и хотели бы сперва осмотреться там. Признаться, мы ни разу не были на Южном Берегу, и знаем, что там много… варваров, вы уж простите за прямоту.

Я чуть было не сболтнул, что ещё сам не был в районе своего Дворца и понятия не имею, как там обстоят дела, но сдержался, перейдя на русский:

— Скра, обитающие в той местности — не варвары. Хуторяне, цивилизованные. Там много колоний. У нас отличные условия по релокации.

— По чему? — Кэролайн снова потрогала оправу очков.

— По перемещению. Мы же сможем… переместить всё это поместье?

Я взглянул на Лию, она неопределённо пожала плечами, но хозяйка разочарованно вздохнула.

— О… Переместить, а я думала, что можно будет работать удалённо. Знаете ли, мы очень прикипели к этим местам.

— Мы можем посмотреть, оценить возможность переноса вместе с близлежащей местностью, — предложила Лия. — Но только не телепортацией, такой огромный кусок почвы расшатает пространство-время по всей планете, да и мана-тонн не хватит. По воздуху, частями.

Хозяева промолчали, немного растерянно улыбнулись. Мне всё больше начинало казаться, что они совсем не горят желанием работать на нас. Подобные переговоры «ни о чём», не дававшие нормальных результатов или хотя бы ясности, всегд очень сильно раздражали. Но давить пока что было рано.

— Я понимаю. Вы не определились. Но ведь и я вас не знаю, я вас впервые вижу. Что вам нужно, что могло бы заинтересовать — власть? Комфорт? Свобода творчества? Что-то новое? Отсутствие жёстких ограничений? Возможность говорить на равных с начальством? Я думаю, мы можем найти всё из этого.

Ульма, скромная кухарка, вдруг подала голос:

— Госпожа не любит об этом.

А Кэролайн вдруг встала и пошла наматывать круги вокруг стола.

— Власть! У меня была власть. Мы, между прочим, с супругом из четвёртого поколения, нам почти четыре века. Почти век я была вторым лицом в замке моего отца, Пощ-Фо, прежде чем впала в немилость. Управляла половиной цивилизации паукокентавров — раннефеодальное общество, множество племён, примитивные технологии, я весьма преуспела в этом. Но потом началось вторжение хиоттов, я была категорически против него. Вместе с супругом мы ушли в Хаеллу…

— Это, вроде бы, человеческий мир, да? Соседняя с Землёй планета?

— Там царствуют птицы. Врановые, — подал голос Джереми. — Люди там живут в резервациях, тесных мегаполисах.

Кэролайн остановилась у окна.

— Потом была Айпоида. Потом — Гмон-Ян. У нас четверо детей. Все они выпорхнули из родительского гнезда, покинули нас в разное время, с разными обстоятельствами. Из прямых и сравнительно-близких родственников с нами общается только одна правнучка из замка Халиба. У меня была власть. Я занималась творчеством. И искусством войны, и искусством созидания. Я видела многое из того, что не видел ни один Сеяный на этой планете. Знаете, всё это наскучивает. И всё это не спасает от одиночества. Сейчас единственное, что осталось у меня — это желание покоя и умиротворения. И оно есть.

— Но вы… вы же стары? — вырвалось у меня.

Джереми несколько ехидно рассмеялся.

— Знаете, я бы рекомендовал каждому Сеяному испытать старость. Это не так уж страшно, учитывая наши возможности. Зато позволяет понять, насколько хрупки и неидеальны наши тела, будь они даже сто раз исправлены и отредактированы.