— Высадите нас. — Попросил Светоч.

— Переоденься. — Буркнул Влас. — А этого наоборот наряди в твои пятнистые тряпки, чтобы сомнений не было, что загнулся именно ты.

— Я? — Светоч не думал, что ему придется одевать и раздевать покойника.

— А кто у нас сегодня сорвал джек-пот? Мы поедем назад в свое подземелье, а ты заберешься на Олимп и будешь поплевывать на окружающую действительность сверху. Напрягись напоследок, небожитель.

— Хорошо. Поможешь? — Светоч обратился к Коломбине.

— Конечно.

Влас посветил экраном своего устройства, чтобы помочь им. Пятнистая военная форма совершенно изменила облик Сластоцвета. Исчезла лощеность, внешняя исключительность. Он стал обычным, а вот Светоч преобразился.

— Мы с тобой как инь-янь. — Произнесла Коломбина, рассматривая его.

— А кто это? — Светоч никогда не слышал этого слова.

— Это символ единения двух противоположностей, черного и белого. — Она положила смуглую ладонь поверх белой одежды.

Влас рассмеялся.

— Теперь глаз да глаз за этой половинкой. — Предупредил он и постучал в перегородку, отделяющую грузовой отсек от кабины.

Грузовик остановился. Почтальон постучал в стенку, сигнал, что можно покидать машину.

— Я вам премного благодарен за помощь. — Светоч пожал руки Власу и Гертруде.

— Заглядывайте к нашему пищевому автомату, если что. — Произнес Влас.

— Мы вам нормальный обед приготовим, не то, что роботы. — Пообещала Гертруда.

— Обязательно. — Светоч не сомневался, что вернется проведать.

Открыл дверь и выпрыгнул в холодный ночной воздух. Помог спуститься Коломбине. Дождались, когда уедет грузовик, потом пошли к дому. Светоч наслаждался полноценной работой «клеща». Теперь он знал куда идти.

— Только бы соседи не увидели. — Произнес он. — Сразу поймут, что этот Сластоцвет не похож на настоящего.

— А когда мы будем переезжать? — Спросила Коломбина.

— До утра надо найти новую квартиру.

По дороге Светоч заказал легкий ужин. Ничего другого ментаграмма не позволила ему сделать. Строго следила, что он не переедал перед сном. Они съели плоский бутерброд с сыром и зеленью пополам, и запили соком без сахара.

— Так и придется регулярно ездить по известному адресу, чтобы поесть нормально. — Посетовала Коломбина, не наевшись.

— Ездить придется мне, а тебе безвылазно сидеть дома. Если донесут, что у меня живет «дикарка» рейтингу снова конец и все начнется сначала. Обещаю, что ты ни в чем не будешь нуждаться. — Светочу стало жалко подругу.

Коломбина посмотрела на него через прищур.

— Ты только смотри, не прими себя за настоящего Сластоцвета. Вживешься в роль и снова станешь тем горожанином, которым был. — Поделилась она своими уместными опасениями.

— Нет, ты что. — Светоч привлек ее к себе и поцеловал. — Для меня больше ничего не существует на полном серьезе, кроме тебя. Ты для меня и Тулса, и самый высокий рейтинг, и война, и прекрасное будущее, наше будущее.

— Чему-чему, а риторике тебя обучили. — Засмеялась подруга и поймала губами поцелуй.

До квартиры одни добрались незамеченными. Сластоцвет жил почти на самом верхнем этаже в двухуровневой квартире с огромным балконом с оранжерей, накрытой панорамным стеклом без перегородок, с изменяющейся светопропускной способностью.