— Зачем мне это нужно. — Отмахнулся Светоч. — У меня сейчас совсем другие мысли.

— Какие? Ах, да, ты рад возвращению домой. Понимаю. А вот и наш командир.

На прозрачном экране появился Добронрав и неразлучная Красавина. Светоч вышел наружу через откинутый люк.

— Глазам своим не верю, живой Светоч. — Добронрав полез обниматься. — Я был уверен, что дикари подсунут вместо тебя плохо скопированного двойника. А ну, покажи клеща. — Попросил он.

Светоч повернулся к нему спиной и оттянул ворот кителя. Его коснулось жало программатора.

— Не лазили тебе в него? — Спросила Красавина.

— Вроде, нет. У них нет таких технологий. — Ответил Светоч. — Вы хотите перепрограммировать его?

— МАК просил скинуть что-то на всякий случай. Мало ли, что у этих дикарей на уме. Они же мечтают нас разрушить, а тут такой случай.

— Они не собирались возвращать меня, поэтому вряд ли задумывали какую-нибудь диверсию. — Николай предвидел этот разговор и подготовил его к нему.

— Вот и ладно, наше дело исполнить указание МАКа во славу гармонии. — Произнесла Красавина. — Да заново перепосвятить тебя.

— Вы про новую гниду? — Догадался Светоч.

— Разумеется.

— А мне было бы обидно, что я умер не от рук врагов, а из-за того, что какая «гнида» решила от меня избавиться. — Произнес Светоч.

— А что поделать, таков закон. Ты видел столько, сколько не нужно ни одному горожанину. Будь благодарен за то, что тебе подарили еще несколько месяцев жизни. А если повезет, то тебе найдут должность на внешнем кольце до самой старости, как мне или Красавине. — Добронрав дружески похлопал Светоча. — Ну, рассказывай, как ты пережил ужасы плена. Не могу представить, как человек способен выдержать такое.

— Командир, я пойду? — К ним подошел Благомил.

— А машину кто отмывать будет? — Строго поинтересовался Добронрав.

— А что, салаги кончились?

— Сегодня ты, салага. У нас теперь новый герой, Светоч, человек переживший муки плена и не сдавшийся. Кстати, где моя доля?

Благомил протянул ему сумку.

— Вот за что я люблю дикарей, так это за умение понимать наши потребности на интуитивном уровне. Что ни говори, а с цивилизованностью человек утрачивает интуицию. — Командир погремел бутылками. — Не хочешь попасть к нам на закрытую вечеринку. Мы бы послушали твои байки.

— Не сегодня. Я очень устал и хочу просто лежать.

— Хорошо, думаю, через три дня повторить. Считай, ты приглашен. Иди домой, твой модуль до сих пор не занят. Вернее, занят, но ты сам понимаешь кем. Твоя мулатка сделалась чернее ночи после того, как ты не вернулся из рейда.

— Она еще не знает, что я жив?

— Нет, конечно. С какой стати нам докладываться ей? Иди и сам обо всем расскажи. Но учти, завтра у тебя перепосвящение. А с послезавтра ты снова будешь заниматься.

— Хорошо, я понял. Могу идти? — Светоч уже рвался скорее увидеть Коломбину.

— Иди и смотри не погибни от страсти. Хотя, может ты бессмертный?

Светоч ничего не ответил. Сбежал вниз через ангар, перепугав салаг, изучающих «мастодонты», выбежал на улицу и побежал к своему жилому модулю. Время было ранним для возвращения Коломбины с работы, поэтому он остался на дороге, по которой она водила грузовик с отходами.

Пропустил с десяток машин, в которых сидели другие люди. Ту машину, в которой ехала Коломбина, почувствовал сердцем.