Вечером отряд собрался в общей комнате, кроме Мореля и Шаха. Надо было собраться с духом, расслабиться, подумать о жизни, отправить сообщения родным и близким. Алексей самозабвенно переписывался с семьей, умиляясь фотографиям дочек. Бейкер расчихвостил сыновей за то, что они набедокурили в школе и матери за это влетело. Нильсен переписывалась с родителями, комментируя их пожелания теплее одеваться и хорошо питаться. Ли Вей дремал в кресле, изредка приоткрывая глаз, чтобы причитать сообщение. Нкоба кому-то вставлял ума на африкаанс. Леви вертел перед глазами телефон и вздыхал.

— У нее что, пальцы сломаны? Ну, черкни пару строк зараза.

Оливейро листал милитаристский вестник, разглядывая картинки, затем отложил его и обратился к Джамалу, как всегда сохраняющему безразличие.

— Вот мы с тобой Абу погибнем, и никто не станет о нас горевать. Никто не всплакнет, не пожалуется, что потерял дорогого человека. А ведь мы тут бьемся насмерть за всех людей.

— Мне плевать на это. — Ответил Джамал.

— А есть вещи, на которые тебе не плевать?

— Есть.

— Что это? — Живо поинтересовался Оливейро.

Остальные бойцы отряда навострили уши.

— Смерть. Вы так цепляетесь за свои жизни, что вам не хватает мужества встретить смерть лицом к лицу.

— Зачем она нужна? — Скептически поинтересовался Бейкер. — Оттуда еще никто не вернулся, чтобы рассказать каково там. Я не тороплюсь, у меня еще здесь куча дел.

— Можно подумать, что ты не убийца, а Санта Клаус, который дарит людям подарки, убивая их. — Усмехнулся Оливейро. — Тогда бы в мире не войны случались, а наоборот, люди старались победить врага, продляя ему жизнь.

— По-моему, Абу, ты слишком увлекся загробной философией. Разучился радоваться жизни. — Вставила реплику Ингрид.

— Жизнь — это подготовка к смерти. — Лаконично заключил Джамал и сделал вид, что дискуссия ему неприятна.

— Может быть, поговорим о завтрашней игре? — Предложил Ли Вей.

— Хорошее дело. Давайте еще раз разберем тактику и запасные варианты. — Бейкер отложил телефон в сторону.

Глава 11

Глава 11

Все члены отряда проснулись раньше будильника, испытывая волнительный тремор и легкую тошноту. У каждого из бойцов был свой способ справиться с волнением. Алексей запрыгнул на турник, подтянулся, покрутил «солнышко», повисел вверх ногами, держась ступнями за перекладину. Бейкер занялся дыхательной гимнастикой. Нильсен решила растянуть связки, порадовав эротомана Оливейро своей кошачьей гибкостью. Вей занялся ушу. Нкоба разложил пасьянс на экране телефона. Джамал беззвучно помолился. Леви, чертыхнулся и бросил телефон в стену. Бывшая супруга так и не сподобилась написать ему.

— Остынь, друг. — Бейкер похлопал напарника по плечу. — После Турнира она сама будет искать повод встретиться.

— Только ты не отвечай ей. С такой бабой хорошей жизни не жди. — Со знанием дела посоветовала Нильсен.

— Ладно, спасибо друзья. — Леви резко выдохнул, будто избавился таким образом от докучавших мыслей.

— Молодец! Мужик. — Сделал ему комплимент Оливейро.

Едва бойцы закончили утренние процедуры, приперлись журналисты во главе с парой гражданских, ответственных за информационную часть мероприятия. Чиновники и журналисты, как существа из другого мира, не способны были понять, что покой бойцам сейчас нужнее. Лезли микрофонами и камерами в лицо, захлебывались заготовленными речами и пребывали в полной уверенности, что занимаются полезным делом.