— Хочешь сесть? — спросил он, указывая на койку.

Ашуа внимательно взглянула на его простыни.

— Спасибо, — сказала она. — Нет.

Фрей прислонился к двери, скрестив руки на груди:

— В чем дело?

— Просто пришла посмотреть, в порядке ли ты, кэп, — сказала она.

— Что, док послал тебя установить диагноз?

— Нет, — сказала она. — Хочу узнать, не надо ли тебе чего, вот и все.

Фрей прочистил горло и оглядел комнату, словно удивляясь тому, что очутился в ней. Он был обалделый, с остекленевшим взглядом. Безусловно, пьяный, подумала она, хотя бутылки нигде видно. Она спросила себя, правильно ли поступила, придя к нему. Слишком назойливый поступок, возможно. Она должна была предоставить его самому себе.

Он протянул руку к шкафчику, закрепленному на стене, и открыл его. Из замка выдвижного ящика торчал ключ, но сам ящик был не заперт. Он выдвинул ящик и вытащил из него маленькую стеклянную бутылку, полную жидкости.

Ага. Теперь все стало ясно. У нее засосало под ложечкой.

— Как долго ты принимаешь шайн? — спросила она.

— Иногда беру каплю, другую, — ответил он. — Не прикасался с Самарлы, но сейчас… — Он медленно шутовски пожал плечами и глупо усмехнулся. — Кому какое дело, а?

Ашуа решила, что с нее хватит. Она думала, что немного дружеского сочувствия может ему помочь, хотя сочувствие было редким оружием в ее арсенале. Но она знала этот взгляд. Она часто видела его на лице Маддеуса и на лицах людей, окружавших его. Безмятежный пустой взгляд наркомана, положившего на все.

Она с отвращением посмотрела на него. Она не думала, что он такой слабак.

— Ты знаешь что? Я лучше пойду, — сказала она. — Извини.

Она шагнула к двери, но он выставил руку и преградил ей путь.

— Погоди немного, — сказал он. — Теперь, когда ты упомянула об этом, мне кое-что от тебя надо.

И он обвил рукой ее талию и наклонился, чтобы поцеловать ее. Ашуа оттолкнула его с такой силой, что он влетел прямо в гамак с багажом, который треснул под его весом. Он упал на койку вместе с лавиной из чемоданов. После секундного удивления, он громко расхохотался.

— Ну ты и штучка! — сказал он.

— Кончай с этим! — рявкнула она, выхватила бутылочку с шайном из его рук и разбила о пол. — И вообще кончай со всем этим дерьмом. Ты уже потерял двоих из экипажа. Соберись, черт побери, или потеряешь всех!

Она распахнула дверь и вылетела наружу. Фрей все еще истерически смеялся в пустой каюте.

Она спустилась в трюм, униженная и кипящая от ярости. Вот козел! Она всегда знала, что он считает весь противоположный пол своей законной добычей, что он хочет всех женщин. Она видела это с самого начала, но думала, что он может контролировать себя. Она считала, что он не такой, как все, лучше.

Ей надо было доверять своим инстинктам. Люди всегда разочаровывали ее. Это лишь вопрос времени.

В трюме не было никого. Она забилась в нишу между трубами, в которой спала, и опустила за собой занавеску. Трубы не давали тепла: «Кэтти Джей» быстро остыла после полета. Она легла на спину и немного повалялась. Потом перекатилась и вытащила предмет, который ей дал Барго Оскен. Маленький медный куб с кнопкой на одной грани и лампочкой на другой. Ее сигнальное устройство.

Если экипаж разбежится, если все пойдет к черту, пробужденцы будут охотиться не за Ашуа. Она будет свободной, весь мир будет перед ней. Но, если ее выкинут на холод, ей будут нужны деньги. И с тем, что она узнала, она может потребовать бонус. Жирный бонус. Что-то такое, что сможет какое-то время удержать ее на плаву, если она правильно разыграет свою партию.