— Теперь у нас осталась только одна проблема, — сказала Самандра. — Как мы заманим императора в ловушку?

Фрей, с мрачным лицом, наклонился вперед.

— Что до этого, — сказал он, — у меня есть идея.

Глава 26

Старое пламя — Вожделение — Призрак в трубах — Фрей разочаровывает — Политика

Солнце, ярко светившее в безоблачном небе, било Фрея по плечам. Перед ним простиралось море, сверкавшее в полуденной жаре. Насекомые трещали и жужжали, небо наполняло птичье пенье. В Дельта Барабака было душно даже зимой, но здесь, на Фельдспарских островах, дальше к югу и близко к экватору, вообще не было смысла говорить о временах года. Один и тот же совершенный день, опять и опять.

Он стоял на каменном балконе, нависавшем над морской впадиной Ордик. Далеко внизу волны накатывались на подножье утесов. Склон за его спиной усеивали многоуровневые сады, личная страна чудес из затененных тропинок, игривых ручьев, крытых переходов и тайных беседок. Из скрытых ниш выглядывали статуи. Из листвы поднимались купола бельведеров. Вдоль берега, справа от него, была видна крыша особняка, почти скрытого окружавшими его деревьями.

В другое время он нашел бы это место великолепным. Рай, где человек может на какое-то время успокоится и прийти в себя. Но сейчас это место его не успокоило, красота на него не подействовала. Он чувствовал себя отрезанным от мира. Его тело занимало место в пространстве, но не было связано ни с чем. Оно отвечало на все автоматически и заранее определенным образом. Иногда он чувствовал себя так, словно наблюдает за собой со стороны, равнодушный наблюдатель чьей-то чужой жизни.

Он существовал, и ничего больше.

«Что я здесь делаю?» — спросил он себя.

Все должно было закончиться не так. Он никогда не просил многого. Он никогда всерьез не хотел богатства и власти. Он хотел только свободы делать то, что хотел. Но где-то по дороге он приобрел экипаж, о котором теперь должен заботиться. Где-то по дороге он опять влюбился в женщину, с которой, как он думал, расстался навсегда.

И вот теперь он потерял ее. Они засунули демона в ее тело, в ее сознание. Он мучил себя днем и ночью, представляя себе, что она чувствует. Пробуждается ли она, молча вопя, когда демон дергает за ее нервы как кукольник, заставляя ноги танцевать? Или во время атаки ее раздавили, и от женщины, которую он знал, не осталось ничего? Сможет ли он когда-нибудь вернуть ее обратно, или эта попытка заберет его жизнь и жизни всех его друзей?

«Надежда есть», — сказал ему Крейк. Но Фрей не был уверен, что может разрешить себе поверить в это. Надежда — опасная игрушка для них. Отступление может всех спасти. Всех, кроме Триники, во всяком случае.

Вот почему он никогда не хотел отвечать за кого-то еще, кроме самого себя. Сердце слишком сильно болит, когда ты теряешь их.

— Капитан Дариан Фрей, — сказал голос за его спиной. — Что за приятный сюрприз.

Он отвернулся от вида на море и нацепил на лицо улыбку, предназначенную для Амалиции Тейд.

Глубокое декольте темно-синего платья открывало ожерелье из драгоценных камней, лежавшее на ее ключицах. Черные волосы рассыпались по плечам. Он улыбалась, легкая улыбка молодой женщины, знающей, как использовать ее в качестве оружия. Безупречные кожа и черты лица, темные озорные глаза. Она была еще более сногсшибательна, чем в тот последний раз, когда он видел ее и целился из револьвера ей в лоб.

— Амалиция, — осторожно сказал он. — Ты хорошо выглядишь. — Несмотря на всю ее внешность, он слегка опасался ее. Мало кто из людей избивал его так часто и жестоко, как Амалиция.

— Кажется, брак пошел мне на пользу, — сказала она, поднимая руку, чтобы показать кольцо на пальце.