Она ударила себя рукой, очень сильно. У нее уже было много синяков.

Джекели Скрид. Чертов ублюдок. Он сыграл с ней, и она проиграла.

Все было до боли просто. Дейгер Тойл, человек, на которого она работала в Шасиите, был такийским шпионом. Скрид убил его и начал уничтожать его сеть. Ашуа думала, что сбежала, но только купила себе немного времени. В конце концов Скрид нашел ее, и нашел ей лучшее применение, чем просто пустить в расход. Она была в Вардии, на «Кэтти Джей», чей экипаж приобрел определенную репутацию, постоянно имея дело с большими игроками. Удобная позиция, чтобы снабжать самми хорошей информацией. И он послал Оскена, чтобы тот выдал себя за человека Тойл и обновил их старое соглашение. Он заставил Ашуа поверить, что умер, и она опять в безопасности. И она, дура, чьи глаза заблестели при мысли обо всех этих деньгах, не усомнилась ни на мгновение.

Это не ее ошибка. Ее обманули. Она никогда не думала, что в этом обвинят весь экипаж. Она никогда не думала, что они узнают об этом.

«Ты бы выслушала себя?»

Она ударила себя в то же самое место. Боль была такая, что на мгновение она перестала дышать. Но она продолжит это делать, иначе ей придется вспомнить выражение лица Малвери. То, как он посмотрел на нее, предательницу, с его точки зрения. Или она вспомнит Крейка, который едва смог сдержать отвращение, коснувшись ее. Или ей придется вспомнить обиженный взгляд, который кэп бросил на нее, проходя мимо, напомнивший ей, из-за чьей ошибки их всех арестовали.

Она чувствовала их всех, молча сидящих в своих камерах, и только из-за нее.

«Я прошу прощения. Мне очень, очень жаль», — подумала она. Но она никогда не скажет этого вслух. Извинения ни хрена не значат в ее мире.

На короткое время она почувствовал себя так, словно у нее есть семья. Но она ошиблась. Несколько месяцев не создадут семью. Они совсем не знали ее. Во всяком случае, не настолько хорошо, чтобы понять, почему она это сделала. И они никогда не поверят ей снова. Случайно или нет, но она шпионила на самми. И, по меньшей мере, в глазах Малвери и Крейка, нельзя было пасть ниже.

Она опять ударила себя. Завтра эти синяки будут болеть, как ублюдки. Но терпеть боль ей придется недолго.

Глава 36

Разговоры у виселицы — Колокола — Герой небес — Неправильный конец бича — «Ничего не кончено, пока дело не сделано»

Экипаж «Кэтти Джей» стоял в линию, лицом к серому утру. Руки связаны за спиной, на шеях петли. Бок о бок, как всегда.

Фрей глядел на небо, пока на заднем плане бубнил судья, перечисляя преступления, настоящие и вымышленные, заполняя время нудными обвинениями и напыщенными юридическими обоснованиями. Холодный воздух больно кусал щеки и нос. Низко висящие облака, черные и тяжелые, поглощали слабый свет зимнего солнца. Через дворик пронесся слабый порыв ледяного дождя со снегом, оставив холодные капельки на его коже.

Идет буря. Он никогда и ни в чем не был так уверен.

Перед платформой с виселицами собрались главным образом солдаты, но было и несколько знакомых лиц. Например, Самандра Бри. Она была в наручниках; ей разрешили остаться только при этом условии, зная, что она взбесится, увидев своего любовника, повисшего на веревке. В конце концов, она уговорила их. Сейчас она была бледной и тихой, на лице застыло выражение беспомощного страха, глаза глядели только на Крейка. Было ужасно видеть обезоруженной женщину вроде нее.

Дрейв, конечно, тоже стоял там, сложив руки на широкой груди, с суровым лицом, мрачный, как камень.