— Этого не должно быть, — сказал он хриплым голосом. — Осгер погиб для меня не сегодня и все-таки… — Он сжал кулаки. — Этого не должно быть! — зло повторил он, вышел из каюты Джез и задвинул за собой дверь.

Джез осталась сидеть на койке, секундная радость увяла, остался только пепел отчаяния.

— Почему нет? — тихо спросила она темноту.

Глава 13

Прибытие — Комитет по встрече — Прорицатель — Ашуа становится изобретательной — Всеобщая Душа говорит

Солнце вырвалось из-за горизонта, когда они достигли Дельты Барабака. Клубничный свет едва пробивался через испарения колоссального мангрового болота, протянувшегося от горизонта до горизонта. Фрей потер усталые глаза и уставился на бесконечное пространство перед собой. Заболоченные рукава и могучие реки прорезали каналы в зелени, сверкавшей в свете рассвета. Из темной воды поднимались острые отвесные холмы, заросшие тропическими деревьями. Вардия была настолько большой страной, что погода на одном ее конце резко отличалась от погоды на другом. Здесь, на южном побережье, недалеко от Фельдспарских островов, никогда не чувствовалось холодное дыхание зимы.

Им потребовались сутки, чтобы добраться сюда. На первое рандеву Фрей прилетел вскоре после полудня, далеко опередив более медленные суда флота. Он посадил «Кэтти Джей» в горной долине и, пока собирались пробужденцы, спал крепким сном, наверстывая упущенное. Когда настала ночь, Сило разбудил его, и они опять поднялись в воздух. Последовал следующий раунд проверки, для которого опять потребовалась помощь Эбли, и только потом они, не зажигая огней, всем скопом отправились на юг.

Ночной полет с недисциплинированной смесью новобранцев и добровольцев — опасное занятие. Большинство из них никогда не летали в строю, и уж точно в темноте. И хотя они рассеялись по всему ночному небу, и между кораблями было вполне достаточное расстояние, столкновений избежать не удалось, с фатальными последствиями. «Знала ли их все видящая Всеобщая Душа, что так и будет?» безжалостно подумал Фрей.

Пока они летели, Фрей начал надеяться. Наконец-то он направляется к Тринике. Мысль вдохнула в него энергию, предчувствие помогало перенести длинный ночной полет.

Он знал, что провел экипаж через много неприятностей. Он знал, что с самого начала должен был рассказать им о том, что задумал. Но тогда ему казалось, что он неплохо справится, идя по тонкой линии между тем, что хочет экипаж и тем, что хочет он. Может быть, Малвери и Крейк были не прочь повоевать, но все остальные точно хотели держаться от войны как можно дальше. Может быть, некоторые члены экипажа не думали, что Триника стоит того, чтобы рискнуть ради нее своими жизнями, но они рисковали жизнями за Фрея множество раз по самым разным поводам, и почему этот чем-то отличается? Он был уверен, что заплатит им: в трюме лежали сокровища пробужденцев, которые он забрал у Пелару как часть их последней сделки; плюс все то, что они вытащили из храма под Корреном.

Но, да, он все еще не был уверен, что не охотится на призраков. Он все еще не был уверен, что Триника захочет увидеть его, даже если он сумеет ее найти.

Но он должен попытаться. Все очень просто.

Во время долгого полета он думал и о Крейке. Фрей надеялся, что тот в порядке. Он надеялся, что опять сумеет связаться с ним, и очень скоро. Он надеялся на очень многое, но ничего не мог поделать. Крейк исчез, и Фрей чувствовал себя виноватым в этом, хотя и не полностью. Он потерял осмотрительность всего на мгновение, но и это заставило его друга уйти. Если бы Фрей бил себя каждый раз, когда действовал неосмотрительно, он бы уже сидел на инвалидной коляске.

С запозданием он вспомнил, что Пелару все еще на борту. Но продавец слухов вроде бы не хотел сойти, а у Фрея не было возможности где-то его высадить.