Ярослав Васильев. Твоё настоящее лицоПерекресток – 3
Пролог
Оттепель пришла неожиданно для всех. Буквально за один день термометр от минус двадцати скакнул до нуля. Прозрачное от холода небо на глазах заволокло низкими свинцовыми тучами. Слежавшейся ватой повалил снег – влажный и рыхлый, он мешался с дождём, заставляя сугробы оседать, а тротуары покрываться скользкой плёнкой. На закате город затянуло в туман. С каждой секундой белое полотнище одну за другой заглатывало улицы, автомобили и людей всё плотнее, превращая воздух в цепкое влажное одеяло. Сумерки его вроде бы прогнали, но и во мраке ранней зимней ночи туман всё равно чувствовался. Влажный, густой, он помогал темноте прятать пути и поезда, прилипал к перронам и пассажирам, отгрызал куски от привокзальной площади и здания вокзала. Репродукторы ещё пытались орать модные хиты сезона, но даже хриплый прокуренный басок «Владимирского централа» и визгливый ор «Почему нельзя быть красивой такой» бессильно вязли в склизком мареве как в вате. Зато голосу диктора, казалось, всё было нипочём. Прерывая на полуслове стенания очередной певички, которой что-то надул в уши ветер с моря, тётка, жуя слова, грохотала скороговоркой над головами пассажиров: – Внимание. Будьте внимательны и осторожны. Электропоезд до Иртышского отправляется с четвёртого пути вторая платформа через пять минут. Будьте внимательны и осторожны. – Внимание. Скорый поезд Москва – Иркутск прибывает на первый путь, выход через здание вокзала. Стоянка десять минут. Нумерация с головы состава. Внимание… Повтор утонул в гудке маневрового тепловоза. Ольге место назначения электрички или прибывающий поезд были безразличны. Но она всё равно сделала вид, что вслушивается в слова диктора. Дальше принялась вглядываться в растревоженный объявлением человеческий муравейник, торопливо бегущий через площадь к зданию вокзала и перронам. Потом впилась взглядом в кроваво-красный неоновый огонь табло с расписанием. – Вадим, пожалуйста. Ты не должен, не надо. – Я именно обязан. – Это там ты обязан и должен. Это там ты страж. А со мной и здесь ты просто Вадим. Да, я понимаю, что обязанность стража – это не старый свитер, который можно снять на время, а то и выбросить. Но здесь другой мир. Наш. Ты обещал быть со мной, – девушка заплакала и почти шёпотом добавила: – У нас будет ребёнок. – Я знаю. Будет девочка. – Откуда ты знаешь? Я и сама только вчера тест купила… И почему девочка? – Я же страж, – улыбнулся мужчина, обнял девушку за плечи и посмотрел глаза в глаза. – У нас будет дочь. И потому я пойду. Ради неё. И ради тебя. Выслушай меня. И пожалуйста, не перебивай. – Хорошо, – сквозь слёзы Ольга всё-таки сумела улыбнуться и прижалась к груди любимого: пальто он расстегнул, и потому кожа щеки словно коснулась тёплой печки. – Шайла, или как они сами себя любят называть, джинны, жуткие индивидуалисты. Им плевать друг на друга и что происходит на территории соседа. Пока это не задевает лично их. У себя же твори что хочешь, без ограничений. Они настолько сильнее обычной ведьмы или ведуна, что для абсолютного большинства ведающих их не существует. Как не пересекаетесь, к примеру, вы с большинством из тех, у кого нет дара. Про вас среди простецов тоже не подозревает никто кроме немногих знающих. Но и у джиннов есть свои ограничения. У любого могущества есть плата и обратная сторона. Мир Перекрёстка способен выдержать ограниченное число «изменяющих реальность». Обратная сторона силы шайла в том, что время от времени среди обычных людей появляются те, в ком внезапно проснулись способности джинна. Чем больше ты будешь вмешиваться, перекраивая окружающий мир и поток событий в свою пользу, тем чаще будешь вынужден доказывать своё право на существование в поединке с молодым противником. |
