— Возможно, это наш скиталец, Джозеф Баркер, — прошептал ей на ухо жених. — Искренне надеюсь, что это он. Мне очень нужно его присутствие.

Хозяйка встала, чтобы открыть дверь. Патрисия почувствовала на себе пристальный взгляд Дианы. Почему секретарша Питера так внимательно смотрит на нее? Неужели она побледнела и тем самым выдала себя? Неужели заметно, как она взволнована?

Господи, дай мне сил собраться! Не позволяй мне почувствовать вновь однажды уже испытанное влечение! — молилась она про себя. Я не перенесу этого! Невидящими глазами она уставилась в свой полупустой бокал.

Питер резко встал. Патрисия вздрогнула.

— Джо! — сердечно приветствовал жених гостя. — Ты все-таки приехал. А я уж начал думать, что ты не появишься.

— У меня была деловая встреча, и я не мог вырваться раньше, — отозвался глубокий баритон. — Я приехал сразу, как освободился.

Услышав знакомый до боли голос, Патрисия внутренне содрогнулась. Этот мужественный тембр совсем не изменился… А его владелец?

Она потихоньку подняла глаза, медленно, осторожно, будто ощупывая взглядом говорящего: элегантный черный шерстяной костюм с белой водолазкой великолепно сидел на атлетической фигуре. Но, когда она увидела его лицо, дрожь прошла по ее телу: она едва узнала его. Да, Баркер изменился.

Джозефа и раньше нельзя было назвать красивым в классическом смысле этого слова. Прошедшие годы прибавили суровости грубым чертам, возраст отчетливо читался на его лице. Когда-то длинные волнистые темные волосы были сейчас совсем коротко подстрижены, виски тронуты сединой. Лицо — обветренное и загорелое, от уголков глаз разбегалась заметная паутинка морщинок. Он был похож на горный утес — так же крепок, прочен и тверд. Что еще можно сказать о сущем дьяволе, каким он был в ее глазах уже тогда, пять лет назад, и каковым оставался и сейчас?

Его темные глаза встретились с ее глазами, и от неожиданности он словно окаменел.

— Пат?! — непроизвольно воскликнул он чуть сдавленным голосом.

Она, не отвечая, молча вглядывалась в его лицо: неистово колотящееся сердце подсказывало ей, что все осталось по-прежнему. Все!

— Вы знакомы с Патрисией? — Элизабет удивленно подняла брови.

— Мистер Баркер — ее старый приятель, — прервал Питер напряженное молчание. — Они не виделись много лет. Несомненно, тебя удивило, что ты знаком с моей невестой? Да и Пат была несколько ошеломлена, когда я произнес твое имя. Так ведь, дорогая?

— Да, это правда, — неожиданно спокойно отозвалась Патрисия. К своему изумлению, она лучше справлялась с ситуацией, чем могла предположить. Внутри бушевала буря, но это никак не проявлялось внешне. — Как дела, Джо? — спросила она сдержанно, одарив его дежурной улыбкой. — Выглядишь ты прекрасно. Питер сказал мне, что теперь ты — крупный землевладелец.

— Это так.

Патрисия с удовлетворением отметила про себя, что ее противник смущен больше, чем она. Его ноздри задрожали, когда он услышал, что она — невеста Керисдолла. И сейчас Джозеф хмурился, вероятно, сожалея о том, что им пришлось встретиться снова…

— Где вы познакомились с Пат? — не унималась любопытная Элизабет. — Боже, я надеюсь, вы не ее когда-то потерянный возлюбленный, явившийся в последний момент, чтобы заявить о своих правах на нее? — добавила она с тихим смешком.

Патрисии стало не по себе от этих ехидных слов. «Возлюбленный»? Ее чувства к Джозефу, как и пять лет назад, определялись словом «влечение». Хотя одного взгляда на этого мужчину ей оказалось достаточно, чтобы все в ней перевернулось, а ведь она все еще ненавидела его.