— Ребенку, оставшемуся без родителей, приходится нелегко в жизни.

Гарланд Питтанс скорбно кивнул в знак согласия.

— Полагаю, ты прав, мой мальчик. — И тут в голову ему пришла мысль, которая заставила его улыбнуться. — Тогда ты был совсем еще маленьким, руки и ноги как спички, большущие глаза и зубы! — Дядя коротко рассмеялся. — Даже черты лица у тебя были мягкими и несформировавшимися. А взгляни на себя теперь, сынок. — Он хлопнул Ника по спине. — Мы с миссис Питтанс не пробыли в Лондоне и часа, как столкнулись с лордом и леди Рис-Дин. Ее милость не дала нам и рта раскрыть! Она тут же поведала нам, что вся столица, точнее женская ее половина, только и говорит что о новом маркизе Каунтертоне, писаном красавце. Полагаю, у тебя нет недостатка в поклонницах, а, мой мальчик?

— Да, я уже сделал свой выбор, сэр.

Айви… Шестое чувство заставило Ника взглянуть на французское окно. Она стояла там рядом с Феликсом и смотрела на него. Ник кивком головы указал на Питтанса и посмотрел на нее, спрашивая взглядом, не хочет ли она присоединиться к ним.

Когда Айви отрицательно покачала головой, он обратил внимание на то, что она непривычно бледна, и даже с такого расстояния разглядел какое-то затравленное выражение в ее зеленых глазах.

— Дядя Гарланд, — Доминик с трудом оторвал взгляд от любимого лица, — у меня назначена важная встреча, и я должен покинуть вас. Приношу вам свои самые искренние извинения.

— Я согласен их принять, если ты пообещаешь поужинать сегодня вечером со мной и миссис Питтанс в гостинице «Карлтон». Боюсь, она ни за что не простит мне, если я не познакомлю ее со своим знаменитым племянником. — Дядя весело расхохотался собственной шутке. — Скажем, в восемь вечера тебя устроит, мой мальчик?

— Вполне, дядюшка.

Ник повернулся к дому и увлек Питтанса за собой. Айви с Феликсом уже скрылись в глубине особняка.

Внезапно Питтанс остановился и сунул руку в карман.

— Когда моя супруга надумала сбежать от проливных дождей и вернуться в Лондон, я решил прихватить эту штуку с собой и передать ее своему племяннику.

Он взял Ника за руку и положил ему на ладонь кольцо с изумительным изумрудом.

Даже в тусклом свете дня камень сверкал всеми красками, напоминая Нику глаза Айви перед тем, как она заплакала. Он протянул кольцо дяде.

— Я не могу принять этот подарок.

— Почему же нет? Оно твое. Раньше оно принадлежало твоей матери, а до нее — твоей бабушке. — Питтанс отвел руку Ника. — Я прошу тебя принять его, Доминик. Не обижай меня отказом. Я дарю тебе кольцо, чтобы выполнить обещание, данное сестре незадолго до ее кончины. Она не хотела, чтобы его продали или отобрали у тебя, поэтому попросила меня сохранить кольцо и вернуть тебе, когда придет время. Вот оно и пришло. Ты только взгляни на себя, сынок. Ты копия своей матери, мой мальчик! — Дядя гордо улыбнулся, с теплотой и любовью глядя на Ника. Так еще никто и никогда не смотрел на него… за исключением Айви.

* * *

Несколькими минутами позже экипаж увозил мистера Гарланда Питтанса в гостиницу «Карлтон», а Ник быстрым шагом направлялся в гостиную, где, как сообщил ему Феликс, его ждала Айви.

Не успел Ник войти в комнату, как Айви вскочила и бросилась к нему. Она вцепилась в него обеими руками и в отчаянии спрятала лицо у него на груди.

Он крепко обнял ее, а потом отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза. Девушку сотрясала крупная дрожь.

— Бог мой, что случилось, Айви?

— Случилось очень многое, Доминик. Я далее не знаю с чего начать.